После посиделок Даррина с малышом отправилась домой. Элида поехала с ними, желая продлить общение. Она планировала добраться с ними в карете до города, там заглянуть еще в книжную лавку, где приглядела что-то в прошлый раз, а потом вернуться домой. Леони был отправлен заниматься с учителем, наверстывая пропущенное с малышом Ри.
Я тоже устроилась в своем кабинете почитать книгу по истории Королевства. Я пока не заглядывала в глубины, а пыталась запомнить то, что произошло после великой Войны между нашими расами. К счастью для меня, у долгоживущих даргов она была не такой насыщенной, как у нашей Империи. За то время, как у нас успели смениться девять императоров, в Королевстве мне нужно было выучить лишь три имени королей. Династия у них не менялась и сейчас правил прямой наследник легендарного Виторриса Мэрровита, его внук, названный в честь деда.
Я немного удивилась, что дарги высоко ценят своего проигравшего человеческой Империи короля. Похоже, дарги были не столь воинственным народом, как их считали мы, люди. Иначе бы свое поражение оценивали по-другому. Я вспоминала учебник нашей истории, где правители, допустившие потерю земель, проигрыш в войне, в лучшем случае почти замалчивались, но чаще подвергались яростному осуждению. Дарги же подчеркивали мудрость и мужество короля Виторриса, сумевшего остановить войну, сохранив жизни подданных и Королевство, пусть даже ценой признания поражения и небольших территориальных уступок.
Такой взгляд на проигрыш в войне был для меня нов, и я часто останавливалась, обдумывая прочитанное. Мне казалось странным, что капитуляция людям не вызвала заговоров, бунтов против короля. Неужели все эти кланы спокойно приняли то, что погибшие остались неотомщенными? Что многие потеряли земли и богатства? Общество в изложении автора книги выглядело странно единодушным в принятии поражения. To ли в истории были выпущены неудобные страницы, то ли я чего-то не понимала.
Нашу победившую новорожденную Империю еще несколько веков сотрясали войны, восстания, заговоры, покушения на правящую династию из-за чего она почти прервалась. Объединившиеся в единую империю перед лицом врагов чуждых рас человеческие королевства, княжества и герцогства после победы принялись бороться за власть в новом едином государстве. И эта борьба была весьма кровавой. Лишь последние два века мы жили почти спокойно, направив людскую энергию на мирное развитие. Здесь же ничего даже близко похожего на нашу кровавую мясорубку не было.
Мои раздумья прервало свечение шкатулки связи. Этот подарок мужа на свадьбу я особенно ценила. Она позволила мне общаться с тетей и кузинами без длительного ожидания почты. За долгое время, прошедшие с тех пор как я покинула дом, мы немного отвыкли от частого общения. Последние годы я каждую неделю посылала тете хотя бы короткое сообщение, чтобы она не волновалась, но все же разрыв во времени между письмом и ответом сделал общение немного формальным. И теперь, когда появилась возможность обмениваться письмами хоть каждый день, мы ей не злоупотребляли. Кроме традиционных еженедельных отчетов, тетя Лилиан или кузина Жасмин писали мне, только если что-то случалось.
Сегодняшнее письмо было как раз из таких, неожиданных. Сердце кольнула тревога. После ровных книжных строчек буквы в тетином послании смотрелись особенно неровно. Странно! Обычно тетя писала очень аккуратно, а здесь слова прыгали, чернила бледнели, словно рука слабела. Была даже пара клякс, чего тетушка никогда не допускала!
Волнуясь, я поскорее начала читать. Быстро пробежала глазами написанное. Никаких страшных или даже просто печальных новостей в нем не было. Тетя рассказывала об очередном журналисте, расспрашивавшем обо мне. После того как тетя проявила простительную слабость и похвасталась перед соседями моим удачным замужеством, новость об этом распространилась, как степной пожар. История «бедной сироты», «забытой героини», спасшей целую деревню ценой собственного дара, и вышедшей замуж за загадочного красавца-лорда из Закрытого Королевства, имела оглушительный успех у публики. Стаи журналистов налетели на мой маленький Инт и расспрашивали всех, кто хоть как-то со мной пересекался.
Когда об этой напасти первый раз написала Жасмин, я немного волновалась — как отнесется Александр к тому, что его имя попало на страницы прессы. Но он отнесся к этому философски, и я успокоилась. Страсти бушевали где-то далеко и меня не затрагивали. Тетя после первых интервью журналистов избегала, и немного странно, что с этим она отступила от своего решения. Но все равно ничего плохого из ее рассказа не следовало. Только беспокойство и не думало меня отпускать.
Я вновь и вновь перечитывала кривые строчки и не находила в них ничего особенного. Очередной дотошный журналист пришел к тете и расспрашивал обо мне, о свадьбе, о лорде Эрриа. Никаких тайн и секретов тетя не знала (как и я, впрочем) и рассказать не могла. Но тревога лишь нарастала.
