В последние дни недовольство матросов усилилось, грозило вылиться в столкновение с адмиралом. Арана поддерживал родственника, стремился не допустить мятежа. На «Пинте» с «Ниньей» было спокойнее. Пинсоны держали команды в железных рукавицах.
– Вероятно, заметили остров или архипелаг, – возразил Христофор.
– Почему ты так думаешь? – заинтересовался полицейский.
– Кроме перелетных птиц, я не вижу признаков большой земли, – пояснил Колумб. – По карте Мартина до материка нужно плыть еще несколько дней. Если через двое суток мы не убедимся в точности маршрута, вернемся на прежний курс.
– Это будет трудно сделать, – предостерег родственник. – Разочарованные матросы поверят Мартину, а не тебе.
– Я знаю, – согласился Христофор. – Надо найти землю, передохнуть. Люди устали, напуганы величиной пройденного пути, боятся навечно застрять в океане. Они не предполагали, что неизвестность страшит сильнее шторма и сказочных чудовищ. У нас полные трюмы продовольствия, но матросы опасаются умереть от голода. Если сейчас кто-нибудь обидит команду, она выйдет из повиновения.
– Я молю Господа, чтобы вынес нас к острову, – сказал альгвасил.
– Я тоже, – признался Христофор.
Ветер с течением гнали эскадру на запад. Суша не приближалась. Клубились, таяли облака, заманивали испанцев в синеву, в сторону от намеченного пути. Порою небо очищалось, в образовавшихся просветах появлялась гладь океана без конца и края, как на севере и на востоке. Кормчие удивленно поглядывали на «Нинью», забирали левее, чтобы через полчаса вновь убедиться в ошибке. Завороженная земля ускользала от кастильцев.
Когда флотилия прошла пятьдесят миль за младшим Пинсоном, не обнаружив земли или хотя бы ее признаков, стало ясно, что команда «Ниньи» видела мираж. От усталости и желания покоя обманчивые картины часто возникают в сознании людей.
– Здесь нет земли, – сказал Пералонсо Колумбу, простоявшему несколько часов у борта флагмана.
Адмирал протер покрасневшие глаза, согласно кивнул.
– Прикажите лечь на прежний курс?
– Возьми на пол четверти к западу, – велел он. – Дай сигнал кораблям следовать за мной.
Бухнула пушка. На флагмане взвился узкий флажок, потянулся на северо-запад.
Пассат шел с юга-востока. Воздух казался мягким, свежим, благоуханным, наполненным ароматами земли. Откуда им здесь взяться за тысячу лиг от побережья Африки? Наверное, ветер приносит запах равнин с неизвестного южного материка или островов? Эта загадка будет долго волновать моряков, пересекавших Атлантический океан. За маревом у горизонта, то справа, то слева от кораблей, им будут мерещиться острова с вечнозелеными тропическими лесами.
Двое суток эскадра плыла по пустынному океану в указанном Мартином направлении. Испанцы видели спешивших на юго-запад береговых птиц, но после перехода через Саргассово море меньше доверяли пернатым лоцманам. Моряки убедились, что перелетные птицы встречаются далеко от земли. С палубы заметили на воде стаю уток, одинокого пеликана. Колумб тщательно записал приметы суши в судовом журнале, подбадривал моряков обещанием скорого отдыха. Флотилия плыла второй месяц, привыкла к подобным разговорам. Раздраженные люди не желали слушать командующего, шептались по углам, зло поглядывали на офицеров.
После второй неудачи с таинственно исчезнувшим островом, на самом деле не существовавшим, заговорщики начали действовать открыто. Они собирали товарищей, склоняли к мятежу. Офицеры делали вид, будто не замечают опасных речей.
Мятеж на корабле – крайний случай выражения несогласия с действиями капитана. За него полагается смертная казнь. Практика мореплавания выработала мирные способы решения конфликтов. Матросы имели право просить капитана прислушаться к их мнению. Если это не помогало, «люди с бака» писали командиру прошение, снимали с него копию для комиссии, обязанной после возвращения судна в гавань ознакомиться с документами, в том числе и по возникшим спорам. Следующим этапом было объединение матросов с офицерами, составление общего письма, имевшего больше веса, чем предыдущее. Любой офицер или чиновник мог подать капитану в письменном виде частный совет или возражение по поводу его поступков, которое следовало вместе с судовым журналом сдать на берегу королевской комиссии.
Не думайте, будто перечисленные способы разрешения споров существовали только в законах флота, а в действительности не применялись. Ложное мнение возникло из-за книг, говоривших лишь о власти капитанов над простыми людьми. Соглашения о найме матросов предусматривали права и обязанности двух сторон. На практике письменные просьбы, советы, требования встречались гораздо чаще, чем принято считать.
