– Хотите заменить прямую линию изогнутой? – задумался Сантанхель.
– Или вертикальной, – добавил Христофор.
– Как это? – опешил от изумления камергер.
– Что за глупая мысль! – пожал плечами финансист.
– Пусть говорит, – перебил его остановившийся Мендоса.
– Алькасовасский рубеж делит океан между севером и югом, а нам надо расчленить его на запад и восток, – изложил неожиданно возникшую мысль Христофор. – Пусть португальцы продолжают исследование африканских берегов в восточной зоне Атлантики, за Кастилией останется западная часть с тысячами индийских островов.
– Разве можно заменить горизонтальную линию на вертикальную? – насторожился король. – Это переворот в переделе известного мира!
– Вы ошибаетесь, Ваше Величество, – подхватил идею Колумба быстро вникающий в суть вопросов Мендоса. – Все прежние земли сохранятся за Испанией и Португалией. Речь идет о новых островах и материках. Мы хотим закрепить за собой западные страны, лузитанцы – восточные. Они боятся нашего вторжения в Африку, как мы их вмешательства в дела Эспаньолы. Это должно убедить Жуана в разумности предложения.
Схема португало-кастильских разделов мира в 1481–1494 годах. Показаны демаркационные линии папских булл и Тордесильясского соглашения 1494 года.
– Где вы советуете провести новую линию раздела океана? – с сомнением в голосе спросил Фердинанд Христофора.
– В ста лигах[55] от Канарских островов. Она пройдет точно по меридиану с севера на юг, от полюса к полюсу.
– Почему в ста лигах? – допытывался король.
– По нескольким причинам, – пояснил адмирал. – Во-первых, как сказал сеньор Мендоса, это не приведет к переделу земель. Азорские острова и острова Зеленого Мыса останутся под властью Жуана. Во-вторых, море на расстоянии ста лиг от островов уже исследовано, в нем вряд ли удастся найти новые земли. В-третьих, где-то дальше на западе лежат Острова семи городов и Святого Брендана, которые предстоит найти. Закрыв португальским кораблям доступ к ним, мы закрепим за Испанией богатые государства. В-четвертых, никто не знает, что находится на юге и юго-западе Атлантического океана. Зачем пускать туда соседей?! В-пятых, за сотню лиг от Канар меняются климат, течения, характер ветров. Указанный рубеж служит естественной границей двух климатических зон. В-шестых, плавание через португальскую зону будет коротким, не вызовет конфликтов.
– Вы придумали это сейчас, или кто-то подсказал вам новый способ раздела мира? – поинтересовался Фердинанд.
– Мысль о горизонтальной линии пришла мне в голову, когда я опустился ниже Канарских островов, – виновато улыбнулся адмирал. – Надеюсь, вы простите мне грех?
– Прощаю, – махнул рукой монарх и обернулся к же не: – Теперь у нас есть хорошее предложение нашему брату. Завтра начнем переговоры с послом.
– Ни в коем случае! – запротестовал кардинал. – Пусть Жуан узнает о новом разделе от Папы. Это умерит его гнев, поможет нам уладить вопрос о зонах мореплавания.
– Советуете предложить дону Родриго переделать буллу «Inter caetera»? – догадался король.
– Нужно внести в нее незначительные изменения и сказать лузитанцам, будто дополнение к булле задержалось в пути, немного опоздало. Надо соединить первую буллу со второй.
– Разница во времени составит больше месяца, мы не скроем подвоха, – предостерег Сантанхель.
– Вы плохо знаете дона Родриго, если сомневаетесь в его способностях. Этот хитрец выйдет из любого положения! Предоставьте ему самому решить задачу, как одурачить португальцев.
– Спасибо за совет, – поблагодарил Фердинанд. – Прошу вас вместе с доном Христофором и моим секретарем написать инструкцию послу в Риме!
– Мы немедленно примемся за дело, – пообещали советники.
В тот же день гонец отправился в Италию, чтобы скорее решить спорный вопрос. Апостолическая камера вновь заработала с лихорадочной поспешностью, набело переписала первую буллу, включила в нее предложения Колумба. Через несколько дней появилась вторая булла под тем же названием, датированная задним числом – 4 мая. У непосвященных в тонкости казуистики людей создалось впечатление, будто буллы органично дополняют друг друга, являются единым документом. Они думали, что буллы составлены одновременно и подписаны с разницей в один день. Так считали на протяжении четырех столетий, пока в двадцатом веке не обнаружили подлог.
Жуан II пришел в негодование от происков испанских королей. Он ничего не потерял, но и не получил. Новый раздел океана лишил его возможного приоритета в открытии легендарной Антилии и острова Святого Брендана. Жуан верил, будто на западе Атлантики существуют богатые земли, мечтал достичь желанных берегов. Отношения между соседними правителями обострились.
