– Вы не ошиблись? – он испытующе поглядел им в глаза. – Это кастильцы?
– Да, сеньор адмирал, – подтвердили они.
– Что ты скажешь? – Христофор подозвал итальянца.
– У туземцев бороды не растут, – разочаровал его Микеле.
– Как они попали сюда? – спросил подошедший священник.
– Я велел колонистам исследовать остров, разведать богатые залежи золота, – сказал Колумб.
– За свою находку они заплатили жизнью, – скорбно произнес отец Бойль.
– Индейцы не скрывали от нас месторождений, – возразил Христофор. – Они бы не убили поселенцев из-за золота. Люди погибли по иной причине.
– Прошлой зимой мы не видели тут индейцев, деревни расположены у Навидада, – заметил Пералонсо.
– Эти твари живут повсюду, – пробормотал бережливый матрос, нашедший скелеты.
– Дайте мне отряд, я до ночи пройду все побережье! – горячо воскликнул уставший от безделья племянник Фонсеки, Алонсо де Охеда.
– Сейчас уже поздно, скоро стемнеет, – командир охладил пыл воина. – Чем ближе к экватору, тем быстрее день сменяется ночью. Вы зря потратите время. Подбери те с полсотни добровольцев и завтра на рассвете ступайте на берег! А вы, – обратился к Бойлю, – позаботьтесь о том, чтобы достойным образом предать земле останки христиан! Будем надеяться – их смерть явилась нелепой случайностью.
– Вы заступаетесь за туземцев? – спросил Охеда.
– Я не хочу, чтобы ваш гнев пал на головы невинных людей, – пояснил командующий. – Нужно разобраться во всем и затем принимать решение. Постарайтесь завтра унять чувства, поступать разумно. Мне нужны свидетели преступления, а не жертвы мщения. Поселенцев могли убить карибы.
– Мы найдем индейцев, если они не ушли во внутренние районы, – заверил Охеда.
– Передайте на корабли, чтобы ночью дозорные внимательно следили за водой! – велел Колумб кормчим. – Надо быть осторожными.
– Здесь живут миролюбивые индейцы Гуаканагари, – сказал пилот.
– Если они убили двоих поселенцев, то уже не верят в божественность белых людей, способны совершать любые поступки.
– Отправьте каравеллу в Навидад! – предложили моряки.
– Ночью плавать опасно, можно наскочить на рифы, – предостерег Христофор. – Утром пойдем к форту и узнаем, что произошло. Ступайте отдыхать! Завтра нас ждет тяжелый день.
Неприятное известие не опечалило волонтеров. Семь сотен профессиональных солдат плыли за море не для мирной колонизации земель. Если дикари напали на колонистов, тем хуже для них! У кастильцев есть оружие и боевой опыт, чтобы наказать голозадых туземцев! И неважно, кто первым зажег пламя войны. Собака не должна лаять на хозяина! Такова тысячелетняя мудрость рабовладения.
Бледные лучи зари осветили небо. Эскадра пришла в движение. Ей предстояло осмотреть берег, похоронить товарищей, преодолеть двухдневный отрезок пути и до темноты успеть добраться до форта. Лодки с солдатами, монахами, похоронной командой, направились к устью реки. Матросы на кораблях готовились к отплытию. Пока священники пели псалмы и закапывали трупы, воины Охеды обыскали побережье и нашли еще двух мертвецов. На одном из них сохранились остатки густой бороды. Тропические ливни смыли следы в море. Тайна гибели поселенцев осталась нераскрытой. Уставшие волонтеры вернулись к шлюпкам, монахи заканчивали погребение. Утренний бриз трепал волосы, всем хотелось скорее отправиться в Навидад, избавиться от неприятных предчувствий.
Каравеллы покинули бухту с Золотой рекой и одинокой горой, где адмирал мечтал построить крепость, медленно двинулись вдоль берега на запад. С левого борта флагмана тянулись пустынные земли, после печальных событий выглядевшие враждебными. Дозорным с марсов мерещились прячущиеся в лесу индейцы. На палубах говорили о форте, туземцах, войне. Солдаты оживились, крестьяне и ремесленники пали духом. Они ехали жить и работать, а не сражаться.
Днем ветер усилился. Флотилия набрала ход, за флагманом в кильватерном строю огибала рифы и отмели. Кормчие внимательно следили за передними судами, повторяли движения, предупреждали об опасности. С пустынного берега за продвижением испанцев наблюдали сотни невидимых глаз, быстрые ноги сообщали соседям о прибытии гостей. Туземцы боялись кораблей, хотя год назад мечтали о совместной борьбе с карибами. Лодки индейцев исчезли из устьев рек, мест скопления черепах. Это настораживало Колумба, рождало мрачные мысли. Поздним вечером в сгущающейся темноте эскадра вошла в бухту Навидад. Море за бортом почернело, скрыло от глаз камни и мели, на которых погибла «Санта-Мария». Адмирал не желал рисковать, приказал замерить дно, бросить якоря на рейде. Армада опустила паруса, застыла в миле от форта.
– Велите зажечь сигнальные огни, стрелять из пушек, – приказал Колумб офицерам.
С борта «Марии-Галанте» дважды оглушительно бабахнула тяжелая мортира. Флотилия затихла в ожидании ответного сигнала. Прошла минута, вторая, третья. Крепость молчала, берег был не виден.
– Сделайте еще пару выстрелов! – распорядился адмирал, прислушиваясь к звукам на острове.
Ударили орудия, ослепили вспышками моряков. И вновь тишина.
– Почему они не слышат? – не понимал Христофор.
