«Из отправленной к берегу лодки высадилось несколько человек; они направились к селению, жители которого успели скрыться. Там испанцы захватили пять или шесть женщин и несколько мальчиков. Почти все они, по их словам, были пленниками карибов, как на упомянутом выше острове (Гваделупа). Как раз в тот момент, когда наша лодка с добычей собиралась в обратный путь, у берега показалось каноэ, в котором сидели четверо мужчин, две женщины и мальчик. Увидев флотилию, пораженные зрелищем индейцы оцепенели от удивления и в течение долгого времени не двигались с места, находились от нее на расстоянии двух выстрелов из бомбарды. Тут их заметили из лодки и с кораблей. Тотчас, близко держась берега, лодка направилась к ним, а они все еще переживали оцепенение, глядели на корабли, изумлялись, прикидывали в уме, что это за странные штуки. Туземцы заметили лодку только тогда, когда она вплотную подошла к ним. Поэтому они не могли уйти от преследования, хотя пытались это сделать. Наши кинулись на них так стремительно, что не дали возможности уплыть.
Видя, что бежать не удастся, карибы с большой отвагой натянули луки, причем женщины не отставали от мужчин. Я говорю «с большой отвагой», потому что их было шестеро против двадцати пяти наших. Они ранили двух моряков, одного два раза в грудь, другого – в бок. Они поразили бы стрелами большую часть наших людей, не будь у них кожаных и деревянных щитов; и если бы наша лодка не подошла вплотную к каноэ, не опрокинула его. Но даже после переворота каноэ они пустились вплавь и вброд, так как в этом месте было мелко. Морякам пришлось немало потрудиться, захватывая стрелявших из луков индейцев. Удалось взять только одного, смертельно ранив ударом копья. Пленного доставили на корабль.
У несчастного каннибала свешивались внутренности, но его допрашивали, а когда убедились, что ничего не добьются, выкинули за борт. Придерживая живот рукой, кариб доплыл до берега. Пленные туземцы с соседних островов заметили его бегство, забеспокоились, объяснили испанцам, что людоеда следовало убить. Из мести он поднимет весь род, начнется война. Солдаты догнали несчастного, связали, бросили в море. Освободившись от пут, кариб вновь поплыл к берегу. Испанцы открыли по нему огонь и стреляли в живую мишень до тех пор, пока не убили».
По другому источнику, на острове Санта-Крус группа аборигенов завязала сражение с испанцами и дралась отчаянно смело. Солдаты взяли в плен юную девушку, ее сородичи спаслись. Пленницу привезли адмиралу, он подарил туземку Микеле Кунео.
19 ноября флотилия подошла к большому острову. Местные жители называли его Борикеном. Остров сильно отличался от владений диких каннибалов. Повсюду виднелись тщательно возделанные поля. Туземцы выращивали знакомые испанцам зерновые культуры и корнеплоды. Среди ухоженных полей стояли деревни из домов, крытых пальмовыми листьями. Кастильцы попытались высадиться на острове, завязать дружественные отношения с индейцами, но те спрятались в лесу. Колумб переименовал Борикен в Сан-Хуан-Батисту. Через тринадцать лет его спутник по походу Понсе де Леон вернется на Борикен, построит на берегу селение Сан-Хуан-де-Пуэрто-Рико (Знатную гавань Святого Иоанна), после чего остров начнут называть Пуэрто-Рико. Эскадра не задержалась на Борикене, пошла на запад вдоль гористого северного берега, обогнула оконечность суши, взяла курс на юго-запад, затем повернула на девяносто градусов к северу и 22 ноября увидела очертания восточного края Эспаньолы.
Остров показался волонтерам огромной землей, почти материком. Эспаньола в сорок пять раз превосходила по площади Гваделупу, самый крупный остров Малой Антильской гряды. Четыре хребта высотою до 3 175 м делили на части преимущественно горную поверхность Эспаньолы. Между ними лежали широкие впадины. Обращенные к морю северные, восточные, южные склоны гор покрывали густые тропические леса. На западе и во внутренних районах простирались саванны с непроходимыми зарослями колючих кустарников. В низменных места имелись болота.
Вскоре эскадра подошла к бухте Монте-Кристи, где в начале января адмирал обнаружил в устье широкой реки крупицы золотого песка. Далее лежал знакомый берег. Переход из Кадиса на Эспаньолу завершился, флотилия преодолела более трех тысяч миль. В истории мореплавания это первый случай, когда армада в семнадцать кораблей одновременно пересекла огромное водное пространство. Христофор не потерял ни одного корабля, двадцать два дня вел эскадру через Атлантику и семнадцать дней лавировал в лабиринте земель, камней, отмелей Малого Антильского архипелага. Современные капитаны знают, какое большое искусство требуется от лоцманов, имеющих точные карты и совершенные навигационные приборы, для проводки судов по пути Колумба. А ведь он вел за собой шестнадцать кораблей! Поистине Господь совершил чудо, помог адмиралу проявить выдающиеся качества флотоводца.
