В бухте Моссел португальцы починили корабли, залатали дыры в обшивке, выкачали из трюмов воду, сняли с грузового судна все ценное, а само судно сожгли. За пять месяцев транспортный корабль Гонсалу Ниниша продырявился, не подлежал восстановлению. Организаторы похода предвидели это и понимали, что запасы снаряжения и продовольствия постепенно истощатся, люди ослабнут, некоторые умрут, отчего четвертый корабль окажется лишним.
Дружба с бушменами позволила пополнить запасы мяса, сетями наловили рыбу. Опасаясь цинги, ее ели свежей, посыпали солью или перцем.
Идиллия в бухте с плясками по ночам длилась недолго. Бушмены поссорились с моряками, атаковали корабли, пали под залпами пушек. Отношения между хозяевами и гостями ухудшились, матросы боялись высаживаться на берег. В первой половине декабря суда покинули гавань. Не успели португальцы отойти от берега, как туземцы уничтожили крест, сделанный из мачты транспортного судна и воздвигнутый у входа в бухту.
16 декабря флотилия миновала последний падран Диаша в устье Рио-Инфанте, где сейчас стоит порт Элизабет. Впереди лежала неведомая земля, омываемая незнакомым морем. Корабли угодили во встречное течение, замедлившее движение на северо-восток. Стремясь обойти мощную реку, преградившую путь в Индию, эскадра поворачивала в океан, возвращалась к пустынному безводному каменистому берегу. Сохранившуюся пресную воду использовали только для питья. Солонину вымачивали в морской воде и на ней готовили похлебку. Отсутствие дождей усугубило трудности. Люди страдали от жажды.
Рождество отметили в море у берега, названного Натал. Праздник был нерадостным. Заканчивались продукты, сокращались порции пресной воды. Наступал 1498 год – год ожидания и великих надежд.
Одновременно с Америго Веспуччи в мае 1497 года из Бристоля на северо-запад вышло трехмачтовое судно «Мэтью» с шестнадцатью моряками на борту. Кораблем командовал итальянец на английской службе Джон Кабот, с ним плыл его сын Себастьян, которому будет суждено продолжить дело отца, войти в историю мореплавания. Задача экспедиции заключалась в пересечении Атлантического океана, в достижении «индийских» берегов северным путем. Джон Кабот повел судно выше пятидесятого градуса северной широты. Через полтора месяца англичане увидели землю, дали ей название Терра-Прима-Виста (Первая увиденная земля). В поисках прохода к материку они повернули на север, занялись исследованием берегов. Через много лет сын капитана в рассказе об экспедиции припишет честь открытия себе:
«Тогда я поплыл вдоль берега в надежде найти проход, но не нашел его, хотя поднялся до 56 градуса северной широты. Видя, что берег поворачивает к востоку, я отчаялся найти пролив и повернул на другой галс, чтобы исследовать землю по направлению к экватору, с тем же намерением – найти путь в Индию. Наконец я достиг страны, называемой теперь Флоридой, но, ощутив недостаток в съестных припасах, решил вернуться в Англию».
Ученые предполагают, что Джон Кабот подошел к Америке около острова Кейп-Бретон, увидел его северную оконечность – мыс Норт, а также остров Сент-Джон (Святого Иоанна)[79]. Отсюда экспедиция про никла в эстуарий реки Святого Лаврентия, посчитав его морским проливом. Сейчас неподалеку от этого места расположен канадский город Квебек, центр одноименной провинции. Вдоль расширяющегося на восток северного берега залива Святого Лаврентия англичане подошли к Ньюфаундленду, приняли его за архипелаг. Возможно, они посетили южные берега Лабрадора. Моряки повернули на юг, спустились к Чесапикскому заливу. Вряд ли за короткое время «Мэтью» успел дойти до Флориды, но это не имеет значения. Сделанных открытий достаточно, чтобы говорить о приоритете англичан в изучении Северной Америки, если считать вымышленным первый поход Америго Веспуччи. В том же году Джон Кабот вернулся в Бристоль.
Хотя моряки не нашли в Америке золота, серебра, драгоценных камней, специй, благовоний, не обратили внимания на пушнину, экспедиция имела большой успех. Англичане поверили, что находятся на правильном пути, решили основать колонии на берегах материка. С этой целью началась подготовка крупной флотилии из шести кораблей. В связи с походом Кабота, я не могу умолчать о письме бывшего мэра Бристоля, Роберта Торна, в котором он в 1527 году предложил Генриху VIII искать дорогу в Азию по трем северным направлениям. В своем послании Торн подчеркивает, будто хорошо знает предмет исследования, так как его отец принимал участие в бристольской экспедиции 1494 года, открывшей Ньюфаундленд за три года до Джона Кабота! Следовательно, Мэтью шел по стопам предшественников.
