Интересно отметить еще одну особенность распространения христианства в Новом Свете. Я писал, как во втором походе по просьбе монахов-иеронимитов Колумб назвал остров именем Гваделупской Божьей Матери. Мадонна Гваделупская станет покровительницей Латинской Америки. Ее особенность в том, что она – черная. Да, дорогой читатель, американская Дева Мария похожа на негритянку. Казалось бы, чего тут особенного, ведь есть же в иконописи Европы, в том числе и в России, Иисус Христос Златые власы, то есть нетрадиционный образ Спасителя?! В Новом Завете не сказано о цвете волос Иисуса, почему бы ни изобразить Его белокурым? До смешения евреев с арабами многие из них имели светлые волосы. Вспомните легендарного Самсона, Вирсавию, царя Соломона. Но никто и никогда не изображал евреев чернокожими. Откуда появился такой образ в христианстве?
Когда я задавал вопрос специалистам по истории религии, они отвечали: «Черная Мадонна возникла под влиянием негритянского населения Центральной Америки, завезенного из Африки для работы на сахарных плантациях и в рудниках». На первый взгляд объяснение кажется простым и разумным, да дело в том, что Гваделупская Божья Матерь не «почернела» в Новом Свете, а прибыла такой с бенедиктинскими монахами на кораблях Колумба! Тогда возникает другой вопрос: откуда у бенедиктинцев Черная Мадонна?
«Вы уверены, что это именно Дева Мария?» – могут спросить меня люди, знакомые с историей тайных орденов. Признаюсь, подобная мысль не приходили мне в голову. Тогда специалисты расскажут таинственную историю о тамплиерах. Оказывается, образ черной святой возник в недрах ордена. Храмовники видели в нем Марию Магдалину, по их представлениям, – жену Иисуса Христа, с сыном Спасителя на коленях. Это одна из особенностей тайного учения тамплиеров. Я не буду подробно останавливаться на нем, для этого потребовалось бы написать большую главу. Замечу лишь имеющее отношение к Колумбу: бенедиктинцы переняли от храмовников образ Черной Мадонны, принесли его в Америку. Неподалеку от Барселоны в скалах Монсеррат был вырублен монастырь, в котором задолго до Колумба поклонялись Черной Мадонне. Монастырь стоит до сих пор, сохранилась и статуя, явившаяся прообразом Гваделупской Божьей Матери. Ежедневно монастырский комплекс посещают туристы из разных стран. Братья монахи имеют великолепную библиотеку со старинными рукописями.
Все это еще раз свидетельствует о принадлежности Христофора к тайным орденам.
Рыцарь Христа, Васко да Гама, достиг мыса Доброй Надежды, рыцарь наживы – Америго Веспуччи вошел в Гондурасский залив, «францисканец» Христофор Колумб прозябал в Севилье, вел богословские споры с Андресом Бернальдесом. Болезнь и неудачи наложили отпечаток на воззрения адмирала. Он мнил себя богоносцем. Имя Христофора заключало два слова: Христос и «форо», обозначавшее по-гречески – «несу». Христоносец – суть представления Колумба о своем предназначении. Очень давно к лодочнику явился мальчик и попросил перевезти на противоположный берег реки. Паромщик не осмелился пустить лодку через бурный поток, взял ребенка на плечи, понес в брод. Ноша оказалась непомерно тяжелой. Мужчина не скинул мальчика в реку и, согнувшись под весом, брел вперед. «Тяжело твоим плечам, – сказал ребенок, – ты несешь всю радость мира». Лодочник не понял значения слов и с раздражением подумал, что невелико счастье тащить мальчишку через половодье. Когда мужчина преодолел реку и устало опустил ношу на землю, благодарный ребенок сказал: «Отныне будешь Христофором». Это был Иисус Христос.
Лодочник Христофор переправил Сына Божьего через реку, адмирал Христофор перевез Иисуса через океан. От сравнения легко потерять голову. В минуты забытья Колумб мнит себя пророком, освободителем Гроба Господнего. Он думает, будто ему уготовано нечто большее перехода через Атлантику, хотя этого достаточно для вечности. Христофор перечитывает Библию, делает выписки, ищет ответ на главный вопрос: когда наступит конец Света? Пророк Иеремия писал[81]:
