– Подождать, пока заморин соизволит принять фактора. Наш неожиданный уход он воспримет как оскорбление. По туземному обычаю купец обязан проститься с властителем.
– Он сам не пожелал встретиться с Диашем, – напомнил Паулу. – Не будем же мы из-за царька сидеть на берегу и жалеть потерянные дни! Если ветер переменится, мы застрянем в океане.
– Завтра второй раз сходи во дворец, – велел Васко фактору. Диогу вновь попытался встретиться с заморином. Ему вежливо отказали.
– Я хочу знать, когда властитель примет меня! – настаивал португалец.
– Завтра или послезавтра… – в очередной раз неопределенно пообещали сановники.
Фактор ушел и на следующее утро опять явился к дворцу. Моплахи смеялись над ним, предвкушали победу. Монсайди советовал бежать. Но как бежать, когда в городе устроена крупная фактория, много сил затрачено на переговоры с заморином, подкуп слуг? Морякам не хотелось бросать начатое дело.
На пятый день властитель позволил сановникам ввести Диаша во дворец. Фактор передал ему письмо адмирала, попросил отпустить эскадру на родину.
– Вы распродали все товары? – недовольно спросил царек.
– Нет, – ответил Диогу.
– Почему же вы торопитесь покинуть Калькутту?
– Наступила пора муссонов, мы хотим воспользоваться попутными ветрами, – пояснил португалец.
– Купцы так не поступают, – холодно заметил заморин.
– Мы не только торговцы, но и моряки, – ощутив недоброжелательность, сказал Диаш. – Король с нетерпением ждет нашего возвращения. Он послал корабли в Индию отыскать селения христиан, заключить с тобой союз. Ты отправишь слуг к Мануэлу?
– Нет, – раздраженно произнес царек.
– Почему?
– Я передумал.
– Тебе посоветовали моплахи?
– Я сам принимаю решения, – заявил правитель таким тоном, что у Диаша пропало желание расспрашивать его.
– Подари нашему королю хотя бы по мешку пряностей, – попросил фактор.
– Нет! – отрезал царек.
– Ты не хочешь союза с Его Величеством?
Туземец молчал.
– Когда можно покинуть гавань? – стерпев обиду, спросил Диогу.
– Сначала заплати шестьсот шерафимов! – с вызовом заявил правитель.
– За что?
– За торговлю в городе.
– Ты обещал не брать пошлину.
– В Калькутте все платят мне часть прибыли. Почему я должен уступить вам свои права?
– Мы не посягаем на твои права, мы хотим дружить с тобой.
– Давай деньги, или я не выпущу тебя из города! – потребовал царек.
– У меня нет такой суммы. Я должен посоветоваться с командиром.
– Стража! – воскликнул заморин. – Посадите христианина в тюрьму!
– Что ты делаешь? – попытался образумить его португалец. – Это вызовет плохие последствия.
– Я заставлю твоего хозяина дать мне шестьсот шерафимов! – закричал царек.
Вскоре помощники фактора очутились в плену у индийцев. Склады и лавки попали в руки сановников правителя. По городу с барабанным боем пошли глашатаи, объявлявшие на базарах и перекрестках, будто заморин уличил европейцев в шпионаже и дурных помыслах, отчего запретил жителям Калькутты общаться с моряками. За неповиновение властителю – смертная казнь! На «Сан-Габриель» приплыл посыльный с требованием выплатить шестьсот золотых монет и прочие таможенные сборы.
– Что будем делать? – офицеры окружили командира.
– Ждать, – промолвил Васко. – У нас нет кучи шерафимов для расплаты с заморином, а бросать товарищей нельзя. Передайте туземцам, что я прошу позволения торговать с кораблей для сбора необходимой суммы.
– Таков твой ответ?
– Да.
– Сколько мы простоим в гавани?
– Пока не закончим дела.
Правитель думал над предложением адмирала несколько дней. Жадность заставила царька отменить указ, разрешить индийцам подплывать к каравеллам. Дружба с горожанами возобновилась.
Стараясь привлечь состоятельных туземцев, Васко велел приплывавших торговцев приглашать на палубы и хорошо кормить. Узнав о том, сановники и богатые жители Калькутты из-за любопытства стали посещать португальцев, осматривать каравеллы. Однажды, когда на «Сан-Габриеле» собралось свыше десятка именитых горожан, адмирал велел схватить индийцев и запереть в трюме. Отважный Жуан Нуниш отправился на берег, передал слугам заморина, что адмирал отдаст заложников в обмен на моряков.
Теперь властитель начал тянуть время, предлагать различные условия. Васко сохранял твердость: либо царек отпустит португальцев, либо индийцы не увидят берега. Заморин назначил срок обмена пленными, но не сдержал слова. Адмирал пригрозил, что уплывет в Лиссабон, если туземец второй раз заставит его напрасно ждать. Правитель вновь обманул да Гаму.
Адмирал велел матросам поднять паруса, сделать вид, будто эскадра готовится к выходу в море. Через полчаса к флагману подплыла лодка с сановниками, предложившими очередной срок передачи заложников.
– Я не дам вам три дня, – ответил с палубы командир. – Если завтра вы не освободите моих людей, я сброшу обезглавленные трупы в море!
Сановники вернулись во дворец, рассказали властителю об угрозе адмирала. Царек не желал ссориться с родственниками горожан, согласился выпустить португальцев. Диогу Диаша привели во дворец.
