После возвращения Кабрала, Мануэл велел снарядить четвертую экспедицию в Индию. В это время третья флотилия под командой Жуана да Новы плавала в Индийском океане. Осведомители писали из Португалии о небывалых приготовлениях. Никто не знал количества судов, коим предстояло развить успех на Малабарском берегу. Называли цифры, сопоставимые с испанской армадой. Осенью выяснилось, что в плавание отправятся три флотилии, общей численностью в двадцать кораблей. Имена командиров объявили в начале зимы. Мануэл доверил общее руководство армадой и десять судов Васко да Гаме. Дядя адмирала, Висенте Судре, получил пять каравелл для крейсирования в Индийском океане с целью уничтожения арабской торговли, прикрытия основных сил. Племяннику первопроходца, Иштавану да Гаме, поручили с таким же числом судов охранять фактории на берегу. Флотилии следовало укрепить португальское господство в Индии.
30 января в столичном соборе на торжественной мессе освятили знамена. Мануэл произнес напыщенную речь, призвал Господа благословить колонизацию язычников. Они первыми подняли меч и от него погибнут. Этот меч, украшенный драгоценными камнями и окропленный святой водой, король преподнес «Адмиралу Индийского моря» дону Васко да Гаме. Опередив армаду Ованды на три дня, 10 февраля эскадра вышла в океан.
Такова причина срочной подготовки кораблей Колумба. Испания опять уступала первенство соседям.
Накануне третьего похода, словно предчувствуя ожидавшие его несчастья, Христофор заручился поддержкой португальских родственников. Прямых свидетельств тому нет, но не за пятью же коровами он ходил на Азорские острова! В период опалы вице-короля семья Фелипы Мониз не защитила интересов Диего. Колумб ошибся в своих надеждах и убедился, что судьба наследника не волнует лузитанцев. Помощь пришла из генуэзского банка Сан-Джорджио, хранившего капитал Колумба. Банкиры могли заморозить вклад арестованного адмирала, но предпочли честно выполнять обязательства, выплачивать деньги по первому требованию. Посредником между банком и Христофором стал генуэзский посол Никколо Одериго. Испытания сблизили моряка с итальянцем, они подружились. Тут всплывает удивительный факт: Колумб писал в Геную на испанском языке! В родной город, где он якобы родился и провел детство! А если быть точным, – на чистом кастильском наречии! Вот и подумайте, дорогие читатели, мог ли адмирал быть итальянцем? Накануне последнего плавания он вспомнил о сыновьях, постарался обеспечить их в случае своей гибели.
«Вступая в переписку с денежными магнатами с площади Сан-Джорджо, адмирал преследовал далеко идущие цели. Он не доверял Их Высочествам, он опасался, что сыновья его останутся нищими, если не суждено ему будет вернуться в Кастилию. И он вверял своего наследника Диего попечениям прославленного банка. "И поелику я смертен, поручаю заботам вашим моего сына…"»
Да, отправляясь в новое плавание, адмирал больше всего беспокоился о своих сыновьях, он знал, что, если не доведется ему вернуться из дальнего путешествия, Их Высочества сделают все возможное, чтобы лишить его наследников прав и привилегий, зафиксированных в «Капитуляции» 1492 года и в позднейших актах. Поэтому адмирал ранней весной 1502 года снял копии со всех договоров, указов и грамот, подтверждающих его титулы и привилегии и право передачи этих титулов прямым своим наследникам. Оригиналы этих документов он вручил Гаспару Горисью, чтобы тот хранил их как зеницу ока, одну из копий велел переслать Алонсо Санчесу Карвахалю, а две прочие передал Никколо Одериго.
Гарисью и Карвахаль были подданными Их Высочеств, государей хитроумных и изобретательных, но Одериго королевской чете был неподвластен. В случае весьма возможных "недоразумений" он смог бы предъявить формально заверенные копии актов, от которых зависела судьба сыновей и внуков великого генуэзца»[99].
Подлинники документов скрывались в севильском монастыре Санта-Мария-де-лас-Куэвас. Связи Христофора с Никколо Одериго и банком Сан-Джорджио послужили доказательством итальянской версии происхождения Колумба, будто деньги хранят только в родной стране. Я думаю, было бы крайне неразумно оставить деньги в Испании, где Колумб чуть не лишился всего, что имел.
Христофор написал новое завещание, в котором подробно указал старшему сыну, как поступить в случае его смерти.
