В конце года адмиралу стало совсем плохо. Сырая зима и жизнь на воде усилили воспаление суставов. Христофор не поднимался с постели, часами недвижно лежал в каюте флагмана, грустными глазами смотрел в потолок, думал о судьбе экспедиции и постигших ее несчастьях. Заканчивалось продовольствие, индейцы реже привозили продукты, меньше интересовались колокольчиками, не хотели менять на бусинки лепешки из кассавы. Огород зарос высокой травой. Подсобное хозяйство для выращивания утий приносило убытки. Люди не желали работать, спорили из-за назначений, не повиновались офицерам. Бартоломео не справлялся с утратившими дисциплину матросами, посещавшими соседние деревни. Надежда на помощь с каждым днем уменьшалась. Неужели всем суждено умереть вдали от родины на берегу острова?
2 января 1504 года Христофор услышал крики на палубе, бряцание оружия. Дверь каюты распахнулась, Франсиско Поррас перешагнул через порог. За спиной капитана «Сантьяго» виднелась дюжина солдат. Он бесцеремонно оттолкнул Бартоломео, подошел к ложу Колумба. У изголовья кровати сидел пятнадцатилетний сын адмирала.
– Хватит ждать! Пора возвращаться домой! – возбужденно выкрикнул Поррас.
– Успокойся! Адмирал болен, – одернул его аделантадо.
Фернандо Колон испуганно посмотрел на испанца.
– Не мешай мне говорить! – вспылил Поррас. – Теперь я капитан-командир. Ты обязан слушать меня.
Колумб поморщился от боли. С утра у него ныла голова, топот ног раздражал Христофора.
– Кто сделал тебя командиром? – спросил Бартоломео.
– Матросы и офицеры, – выпалил Поррас, размахивая свернутой в трубку бумагой. – Здесь их имена.
– Покажи! – попросил аделантадо.
– Отстань! Я пришел говорить с твоим братом. Вы обещали плыть на Эспаньолу, но привели нас на остров, высадили на берег, затопили корабли. Вы хотели сделать нас колонистами, – перечислял обиды испанец, – запретили повторить попытку Мендеса, заставили рыться в земле, выращивать мерзких зверьков… Вы урезали дневные рационы, отчего люди ослабли и заболели… Вы…
Христофор смотрел на искаженное ненавистью лицо Порраса, слушал обидные слова и не понимал, как этот плохой капитан, не способный справиться с судном, отчего Бартоломео заменил его в плавании, мог возглавить бунтарей?
– Мы намерены отправиться в Кастилию, рассказать обо всем королю и королеве, – закончил Франсиско.
– Кто – «мы»? Ты не показал список, – напомнил аделантадо.
– Половина флотилии! – гордо заявил испанец.
– Погоди, – нахмурился Христофор, – на чем ты собираешься плыть в Кастилию?
– На пирогах. Мы дойдем до Эспаньолы, там Овандо даст корабли.
– Вы не доплывете по штормовому морю до острова, – слабым голосом возразил адмирал. – Надо ждать возвращения Мендеса.
– Сейчас стоят погожие дни, мы воспользуемся ими.
– Ты погубишь людей. Одумайся, успокойся. Завтра поговорим о плавании через пролив.
– Мы не будем терять дни! – рявкнул капитан. – Вы дадите нам продовольствие, снаряжение, часть золота Верагуа!
– Ты ничего не получишь, – твердо молвил адмирал. – Я не позволю увести людей, погубить королевское имущество. Я поговорю с народом.
Христофор приподнялся на подушке, оперся рукой о ложе. Фернандо вскочил помочь отцу.
– Обойдемся без вас! – грубо ответил Поррас. – Теперь здесь я хозяин.
– На основании этой бумажки? – Бартоломео с усмешкой поглядел на список мятежников.
– Я имею тайные инструкции сеньора Фонсеки! – запальчиво воскликнул Франсиско.
– Я должен выйти на палубу, удержать людей от самоубийства, – произнес Христофор, тщетно стараясь встать с постели. – Господи, дай мне силы!
– Я убью вас, если будете мешать! – угрожающе надвинулся Поррас.
– Помоги мне! – Колумб попросил сына.
– Замолчи, старик! – Франсиско схватился за меч.
– Что вы делаете? – в отчаянии закричал Фернандо.
Бартоломео бросился к нему.
– Заткнись, ублюдок! – погрозил Поррас.
– Сеньор капитан, помилуйте адмирала! – заступились за командира пришедшие с мятежником матросы, они не все разделяли взгляды бунтовщиков.
– Смерть ему! В Кастилию! – выкрикнули из-за спины вожака.
Однако часть моряков поспешила к Бартоломео, прикрыла командующего.
– Пощадите его старость! – молил бондарь.
– Смерть ему! Смерть! – требовали у двери.
– Отец не виноват, он заботится о вас, – увещевал матросов Фернандо.
– Только тронь! – осадил бунтовщика Бартоломео.
– В Кастилию! В Кастилию! – орали на палубе.
Капитан в нерешительности опустил меч, оглянулся к сообщникам.
– Откройте склады, несите золото в пироги! – велел он мятежникам. – Старик нам не помеха! Если выползет на палубу, подохнет, как пес!
Бунтовщики гурьбой вышли из каюты, начали грабить корабли. Бартоломео не имел сил помешать разорению лагеря.
