Оскорбленный адмирал покинул губернаторский дом, начал собирать документы о злоупотреблениях командора. В пику ему тот велел задержать выплату процентов с доходов рудников. Между губернатором и адмиралом возникла вражда. Представив, к чему это приведет, Овандо решил, что лучше спровадить опального адмирала на материк. Доверенный вице-короля получил деньги, нанял в гавани каравеллу. На содержание моряков и подготовку похода в Испанию Христофор затратил миллион мораведи. Этой суммы хватило на один корабль, принявший на палубу адмирала с сыном и братом, а также двадцатью двумя преданными им моряками. Восемьдесят участников экспедиции задержались на острове.
По другой версии адмирал зафрахтовал два корабля, взял в Испанию всех моряков, но одно судно вернулось на остров.
«Едва только каравеллы вышли из гавани, как разразился сильный шторм. Флагманский корабль потерял мачту; Колумбу вместе с экипажем пришлось перейти на другой корабль, которым управлял его брат, а поврежденное судно отослать обратно в Санто-Доминго. Таким образом, Колумб пустился через океан на одном утлом суденышке, рискуя в случае аварии погибнуть в волнах. Судьба преследовала злосчастного адмирала до самого конца плавания. В течение нескольких недель в океане бушевала буря, каравелла потеряла большую мачту и часть парусов, а Колумб, прикованный к постели жестоким ревматизмом, не мог даже покинуть свою каюту»[113].
12 сентября адмирал с близкими людьми покинул Эспаньолу. На пересечение Атлантики ушло пятьдесят шесть дней, тяжелых и опасных, как возвращение в Испанию на «Нинье» в историческом 1493 году. 7 ноября искалеченное судно с немощным адмиралом вошло в гавань Сан-Лукар-де-Баррамеда. Оно еле держалось на плаву. Господь совершил последнее чудо в жизни любимца, привез его умереть на родине.
Многое изменилось в мире за два с половиной года плавания Колумба. В начале 1503 года произошло преобразование ведомства Фонсеки. Банкир Франсиско Пинело, снаряжавший экспедиции Колумба и предоставлявший займы королям, составил проект Торговой палаты (Casa de Contractacion), по которому функции старого учреждения переходили новому ведомству с особыми полномочиями. Архиепископ Фонсека доработал план генуэзца. Изабелла подписала документ, сохранила за священником-коммерсантом высокую должность главы «министерства». Отныне все дела по управлению заморскими владениями, перевозки в колонии, торговля с «Индиями», подбор поселенцев, исследование океана переходили в ведомство Фонсеки. Оно и раньше занималось подобной работой, но не имело монополии на сношение с заморскими землями. Теперь королевские комиссии и службы, занимавшиеся колониями, снаряжением экспедиций, подбором чиновников и монахов, составлением отчетов и карт, переходили в ведение Торговой палаты. Новое «министерство» закрепляло за Изабеллой, – так как дела шли по кастильским ведомостям, а Фердинанд был королем Арагона – монополию на все, что касалось Нового Света, от получения прибылей до обладания знаниями о морях и островах. Космографам Торговой палаты поручалось нарисовать секретную карту мира «Падрон Реаль» и дополнять ее в соответствии со сделанными открытиями. Корабли могли уходить в Атлантику только из Севильи. Устав Торговой палаты по существу упразднял должность вице-короля Индий, лишал его полномочий.
Решение Изабеллы позволило в короткий срок организовать снабжение колоний, перевозку в Испанию полученных богатств, продолжение научных исследований. Можно представить, как это пережил Колумб! Он надеялся на восстановление в правах, а узнал о своем «сокращении».
Десять лет назад Христофор имел много покровителей. Время неумолимо. Умерли кардинал Мендоса, казначей Кинтанилья, командор Гутьерре де Карденас, кормилица принца Хуана, утонул капитан Торрес.
Попали в опалу хранитель дворцовой казны Сантанхель, крупнейший арагонский финансист Санчес. Священный трибунал судил архиепископа Талаверу. Только доминиканец Диего де Деса взобрался на вершину испанской инквизиции, да Хуан Кабрера сохранил должность камергера короля. Вот два человека, способных помочь адмиралу вернуть расположение монархов, но им нет дела до больного капитана, они ждут ужасных перемен.
В пятистах милях от Севильи во дворце городка Медина– дельКампо в тайне от народа умирала королева. Придворные просчитали наперед последствия смерти правительницы основной части страны. Трон Кастилии уплывал из рук Фердинанда, не имевшего на него права при жизни дочери Хуаны Безумной. Жена бургундского герцога Филиппа Габсбурга, сына императора Священной Римской империи, наследовала материн престол. Испании грозила смута, способная расколоть ее на части, превратить в раздробленное феодальное государство. Что может быть хуже гражданской войны? В тяжелое время приплыл Христофор в устье Гвадалквивира!
