Я процитировал отрывок из книги Альберта Эйнштейна «Как я вижу мир», где он говорит, что, если из иудаизма отсеять высказывания пророков, а из христианства (в том виде, в каком его проповедовал Иисус) - все позднейшие добавления и особенно те, что были внесены духовенством, мы получим учение, которое сможет исцелить человечество от всех социальных зол. Долг всех добрых людей, сказал он, делать всё возможное, чтобы распространять это поистине гуманное учение. Далее я продолжал: «Синагога отказалась похоронить Анри Бергсона, так как он открыто заявлял, что он ученик Иисуса. Великий еврейский поэт Франц Верфель посвящал стихи Святой Бернадетте. Великий еврейский романист Шолем Аш был христианином. Нильс Бор и Пикард - евреи-христиане, и они далеко не единственные. Эмиль Людвиг написал книгу «Сын Человека», исполненную восхищения перед Иисусом. Восхищался Им и Макс Брод, в также Мартин Бубер, который назвал Иисуса своим старшим братом. Про этих людей, в конце концов, и можно сказать, что они представляют еврейский народ. Первый раз в еврейской истории выдающиеся представители еврейской интеллигенции оказались объединены Иисусом. В этом можно видеть исполнение библейского пророчества. Сбылись и другие предсказания Библии: евреи возвращаются в Палестину, а в многочисленных других странах они занимают ведущее положение во всех сферах жизни».
Лидер сионистского движения рассмеялся: «Все упомянутые вами люди обратились в христианство на склоне лет, когда человек начинает терять ясность ума. Я не забиваю себе голову религией, но уж если она так нужна, лучше я останусь в нашей старой вере».
Убедить его было невозможно. Он не понимал, что старая религия Авраама предполагала спасение через веру, что и проповедуют христиане, и что новая религия - это как раз и есть Закон Моисеев, обещающий спасение в вознаграждение за исполнение заповедей, которые были написаны только через четыреста лет после смерти Авраама. Отличало нас от сионистов ещё и отношение к национальному вопросу: для них это был вопрос первостепенного значения. Для нас же он, хотя, конечно, и существовал, всё же был вопросом второстепенным. Мы единодушны с сионистами только в одном: мы за Израиль. Евреи имеют неоспоримое право на Палестину, эту землю им дал Бог, Творец Вселенной. Что же касается арабов, им просто нелепо бояться евреев. Что могут три миллиона евреев против трёхсот миллионов арабов? Арабы скорее выиграют, многому научившись у своего более развитого соседа. Я также надеюсь, что Ватикан и Вселенский Собор определённо выступят на стороне Израиля. Мы чётко изложили свою позицию. Евреи превосходят арабов как по развитию, так и по материальному благосостоянию. Евреи должны проявить понимание, доброту, терпимость и желание помочь арабам. Трудности можно преодолеть, проявляя любовь. Как хорошо было бы бомбардировать нищий Египет хлебом, лекарствами и словами о мире! Христианские народы могли бы присоединиться к нам в этом начинании. Только в случае нападения еврейский народ должен защищаться с оружием в руках. Но главным его чувством должно быть чувство любви. Настоящие евреи любят арабов. Арабы заслуживают любви, как и все люди на свете.
Особенно неприемлемой для сионистов была заповедь, повелевающая людям возлюбить своих врагов. Стал ли бы хоть кто-нибудь из них делать то, что делали мы? После того, как Румыния разорвала союз с фашистской Германией, было объявлено, что всякий, кто скрывает представителей немецкой армии, подлежит расстрелу, поскольку все немцы считались военнопленными. Несколько девушек, служивших в немецкой армии, так называемые Blitzmadchen, обратились к нам с просьбой предоставить им убежище и спасти от отправки в Россию. Естественно, мы им не отказали.
Но кто-то донёс на нас, и наш дом был окружён полицией. Вошёл комиссар полиции и спросил меня: «У вас скрываются немки?» Я ответил: «Вы знаете, какой я национальности?» Он сказал: «Рихард Вурмбранд? Конечно, немец». Я показал ему своё удостоверение личности, выданное при фашистском правительстве, в котором было указано, что я еврей. «Я еврей -подтвердил я. - Половина моей семьи убиты фашистами. Неужели вы думаете, что я стану прятать немок?»
Офицер попросил прощения: «Вероятно, произошла ошибка» - сказал он и удалился.
