Как легко мы можем заключить из кумранских текстов, во главе кумранской общины стоял совершенно конкретный Мессия из рода Давидова. Точнее, поскольку община существовала достаточно длительное время, во главе ее сменилось, вероятно, несколько Мессий. В том числе с одним из Мессий случилась беда, в ходе которой он был унижен людьми, но потом оказался выше ангелов.
Община эта была ни в коем случае не многонациональна – все ее члены были фанатичные иудеи. Но она была многоязычна: тексты, найденные в Кумране, написаны на разных диалектах арамейского, на иврите и на греческом. Иначе говоря, ее представители жили во всех еврейских диаспорах. Кроме того, эта община была крайне воинственна, и священная война, которую вела община против сынов Велиала, носила отнюдь не абстрактный характер. Это была вполне реальная война, которая снова и снова кончалась разгромом. Раз за разом в текстах Мертвого моря упоминаются «угнетатели, которые не победят меня» (IQH, XVII), и враги, которые «мучат
Нам известна только одна секта, которая в интересующий нас период времени была распространена по всей диаспоре, постоянно поднимала восстания и подвергалась ответным преследованиям. Это «четвертая секта», зилоты и сикарии. Кумранские тексты были положены в тайники людьми, которые собрались со всех концов этой диаспоры в конце 60-х гг. и погибли в ходе Иудейской войны. Они спрятали эти тексты именно потому, что надеялись на воскресение (в основном физическое) и не мыслили себе жизни без своих любимых книг.
Из кумранских текстов следует, что общину зилотов возглавлял Мессия из рода Давидова, что этот Мессия был одновременно Господом и человеком и что с одним из этих Мессий случилось несчастье. Возникает вопрос: если Иисус Мессия провозгласил себя Мессией из дома Давидова без согласования с зилотами, то каким образом такой самозванец избежал преследований с их стороны?
Если Иисус умер, как ничтожный лузер, то почему его брат спустя тридцать лет пользовался таким влиянием, что его казнь повергла в панику «лучших и усерднейших законоведов» и послужила толчком к Иудейской войне?
Если Иисус был никому не известный неудачник, то как получилось, что Павел, проповедуя альтернативного Иисуса, постоянно подвергался такой нешуточной опасности? Кто были те террористы, которые избили Павла до полусмерти сначала в писидийской Антиохии (Деян. 14:12), а потом в Фессалониках (Деян. 17:5)?
Из кого состояла та толпа, которая накинулась на Павла у Храма и убила бы его, кабы не вмешательство римских властей? Кто после этого вмешательства послал сорок шахидов, которые «поклялись ни пить, ни есть», пока они не убьют Павла?
Если Иисус прославился среди эллинов только благодаря посмертной рекламе апостола Павла, то каким образом еще до Павла в Египте развилось гностическое христианство, перед одним из представителей которого – Аполлосом Павел явно заискивал, надеясь обрести в нем союзника против сикариев?
Если учение Иисуса было «маленьким ручейком», то почему уже в 50–60 гг. в городе Эфесе было по крайней мере две христианские общины, ненавидевшие друг друга, – община, основанная Павлом, и община, основанная Иоанном?
И вообще, если Иисус был никому не известный пророк – зачем Павлу было говорить от его имени? Сиквелы пишут только к бестселлерам. Никто не пишет сиквелов к никому не известным текстам.
«Теория маленького ручейка» несовместима с тем разнообразием верующих, которых мы застаем на территории Римской империи уже к 40–50-м гг. Если что-то и было «маленьким ручейком» на этом широком фоне – то это именно восторжествовавшее на территории Римской империи учение римской церкви, согласно которой Иисус отменил иудейский закон, пришел, чтобы спасти все человечество, и физически воскрес на третий день после смерти.
Но, самое главное, – теория «малого ручейка» совершенно несовместима с существованием многочисленных разновидностей последователей Иисуса за пределами Римской империи.
Если христианство было обязано своими успехами только Павлу, то кому были обязаны успехами назореи, эльхасаиты, сампсеи, ессеи, оссеи, сабеи, эбиониты, – десятки иудеохристианских сект, существовавших за пределами империи, сект, без которых непонятно развитие двух других крупнейших мировых религий – манихейства и ислама?
Если Иисус был ничтожество, то почему новый реформатор иудейского гностицизма, пророк Мани, пошел в точности по стопам апостола Павла и провел, на персидском и буддийском культурном субстрате, точно ту же реформу, которую апостол Павел проделал на субстрате эллинистической культуры?
Пока мы были знакомы с манихейством по Сократу Схоластику, мы могли утешать себя мыслью о том, что Иисус Христос был заимствован пророком Мани из греческого христианства. После знакомства с написанным по-гречески Кельнским Манихейским Кодексом и написанным по-китайски «Компендиумом учения Мани, Будды Света» подобное предположение несостоятельно.
