В славянском Иосифе Testimonium имеет совершенно другой характер. Он находится между историей с
«В это время был некий человек, ежели можно назвать его человеком. Ибо облик и тело его были человеческие, а дела – божественные. Он творил чудеса дивные и великие. Так что не могу я его назвать человеком. Однако, учитывая его человеческую природу, не назову и ангелом.
Все, что он творил, он творил невидимою силой, словом и повеленьем. Одни говорили о нем: «Наш первый законодатель восстал из мертвых, исцеляет и творит чудеса». Другие говорили, что он посланец бога. Но во многих вещах он противостоял закону и не хранил субботы, однако не делал ничего нечистого и ничего не делал руками, но только словом.
Множество народа следовало ему и внимало его учению. И многие подвизались, надеясь, что народ иудейский им будет освобожден из рук римлян.
Обычно он находился перед городом на Елеонской горе, там же и исцелял. К нему примкнули сто пятьдесят слуг и множество народа, который видел его силу и то, что он творит словом что хочет. Они велели ему войти в город, избить воинов римских и Пилата и царствовать над ними. Но он отказался.
Когда вести о нем достигли правителей евреев, то те собрались во главе с первосвященником и сказали: мы слабы и не можем противиться римлянам. Однако, поскольку «лук натянут»[14], идем и известим Пилата о том, что слышали, и не будем иметь неприятностей: ведь если услышит от других, то лишит нас имущества и уничтожит, а потомство рассеет. Они пришли и рассказали Пилату. Тот, послав, перебил много народа и захватил чудотворца.
Он судил его и нашел, что тот есть добродей, а не злодей, не мятежник и не желает царства, и отпустил его, ибо тот исцелил его умирающую жену. Тот вернулся на прежнее место и делал прежнее дело. Еще больше людей собралось к нему, и еще больше возросла его слава. Тогда книжники исполнились зависти и дали Пилату тридцать талантов, чтобы он его убил. И он взял деньги и велел им делать, что хотят. И они взяли и распяли его вопреки закону отцов и глумились над Ним»{584}.
Ну вот! Час от часу не легче! – скажет читатель.
Нас только что уверили, что
Что это, как не
Совершенно точно. Этот текст – фейк.
И этим-то он и ценен.
Дело в том, что этот фейк
Тем самым он снова – как и замечание Оригена – свидетельствует, что какой-то текст об Иисусе у Иосифа был. Когда вы вставляете с чистого листа, это одна вставка. Но вот когда цензоры считают нужным исправить существующий текст, тогда каждый кромсает по-разному. Кто-то перепишет так, а кто-то сяк.
Итоговые результаты будут не совпадать между собой, и именно поэтому сегодня арабский, румынский и тем более славянский варианты
Текст Иосифа был переписан достаточно рано и в таком виде был известен многим отцам церкви. Так, Иоанн Антиохийский (ок. 620 г.) упоминает о взятке, данной Пилату{585}, а
Итак, нет никакого сомнения, что рассказ об Иисусе в славянском Иосифе отредактирован, и капитально. Этот кусок текста находится в самом эпицентре исторических искажений: здесь цензура превращается в черную дыру, искажающую документ самым чудовищным образом.
Тем интересней, что некоторые руины первоначальных смыслов в этом эпицентре сохранились.
Например, славянский Иосиф не называет Иисуса по имени, так же, как он не называет по имени Иоанна. Он именует Иисуса чудодоеем, то есть в обратном переводе на греческий –
