Слово «гоис» является настолько стандартным термином в отношении последователей Иисуса, что мы можем даже заподозрить, что оно наряду со словом «христианин» было официально упомянуто в Сенатусконсульте 36 г. Во всяком случае, «Псевдоклиментины», возможно, описывают этот Сенатусконсульт как «закон о запрете всех гоисов»{590}. Именно «гоисов» Тиберий в 19 г. н. э. изгнал из Рима.
Мы вправе предположить, что слово «гоис» в применении к Иисусу осталось нам от подлинного текста Флавия.
Связь гоиса, распятого Пилатом, с «четвертой сектой» также прослеживается в этом тексте довольно явно. Люди, которые шли к нему, думали, «что тем освободятся колена иудейские от римских рук». Об Иисусе надеялись, что он войдет в город и «убьет римских воинов». Пилат при его аресте «убил многих». Все эти компрометирующие нашего мирного пророка сведения вряд ли могли быть позаимствованы из Нового Завета. С большой вероятностью они остались от оригинального текста Иосифа Флавия.
Еще один остаток оригинального текста – это 150 «слуг» гоиса, которые, скорее всего, в оригинале были не слугами, а последователями или телохранителями. В рассказе канонического Иосифа о «египетском пророке» подобные последователи названы дорифорами, в значении «копьеносцы, телохранители будущего тирана»{591}.
Цифру 150 невозможно заимствовать из Евангелия по причине ее там отсутствия. Порядок ее ближе к иудейским источникам. К примеру, одна из версий «Толедот Иешу» утверждает, что у Иисуса было 310 воинственных учеников, которые отбили его у Синедриона и увезли в Антиохию. Впрочем, другая версия «Толедот» сообщает, что Иисус нагрянул в Иерусалим аж с двумя тысячами боевиков.
<p>Ученики волшебника</p>Еще один отрывок славянского Иосифа посвящен ученикам Иисуса.
Самое примечательное в этом отрывке – это место его нахождения. Он следует сразу за повествованием о смерти Ирода Агриппы – того самого внука Ирода Великого, внутренности которого скоропостижно съели черви после того, как придворные на эллинском стадионе приветствовали его как Бога{592}.
Именно после этой смерти Иудея снова перешла под прямой контроль римлян. В каноническом тексте «Иудейской войны» Иосиф Флавий обходит этот ключевой момент стороной и ничего не говорит о реакции зилотов на это новое национальное унижение.
В славянском Иосифе соответствующий текст есть. Но рассказывает он вовсе не об оживлении «четвертой секты», а об оживлении учеников «описанного прежде гоиса». Согласно славянскому Иосифу оно произошло в совместное правление Куспия Фада и Тиберия Александра, посланных в Иудею после смерти Агриппы. Мы приводим этот текст ниже целиком, для простоты выделив в нем перечеркиванием явно христианские вставки.
«В это время появилось много учеников упомянутого раньше гоиса. Хотя он и умер, они объявили народу, что он жив и что он освободит их от рабства. Множество народа слушали их и повиновались им, несмотря на их репутацию. Были же апостолы из простых людей: иные ткачи, иные сапожники, иные ремесленники, иные рыболовы. Но великие знамения творили, поистине, как желали. Благородные наместники и законоучители, видя възвращение народа, решили взять их и убить, ибо «малое не будет малым, если станет великим». Но они отступили, ужаснувшись знамений и сказав: «С помощью отравы такие чудеса не делаются, и если эти люди творят не по Божему промыслу, то скоро они обличат себя сами». И разрешили им делать, что хотят. Из-за совершенных ими дел они послали их одних к Августу, других в Антиохию на суд и в отдаленные страны»{593}.
Как мы уже сказали выше, благочестивые христианские вставки в этом куске видны невооруженным глазом. Однако является ли вставкой весь текст?
Очевидно, нет.
Для начала – ни один христианский переписчик не заметил бы отсутствия в «Иудейской войне» главки, посвященной Фаду и Александру. Еще меньше он бы склонен их был называть «благородными наместниками» за желание истребить христиан. Вряд ли бы он сообщил, что Иисус был мертв и что это только его ученики утверждали, что он жив. Вряд ли бы ему также пришло в голову атрибутировать ученикам Иисуса классическую формулировку обещаний «четвертой секты»: «Он освободит вас от рабства».
