Вместо этого в его письмах постоянно встречаются жалобы на «псевдоапостолов» (2 Кор. 11:13) и «лжебратий» (Гал. 2:4), которые будоражат обращенных им людей, «переворачивают благовествование Христово» (Гал. 1:7) и
При этом письма Павла не оставляют для нас сомнения в личностях этих мерзких еретиков: это не кто иной, как Иаков, брат Господень, и апостол Петр, который, встретившись с ним в Антиохии, некоторое время колебался в своем отношении к Павлу и, «до прибытия некоторых от Иакова, ел вместе с язычниками; а когда те пришли, стал таиться и устраняться, опасаясь обрезанных» (Гал. 2:12).
Более того: Павел был вынужден признаться, что «лжебратия» значили в секте гораздо больше его самого. Они были «высшими апостолами» (2 Кор. 11:5) и «знаменитейшими» (Гал. 2: 1).
Как мы уже говорили раньше, все это вместе заставляет полагать, что «иудеи», которые покушались убить Павла по многим городам Римской империи, были не кто иные, как
Главной причиною разногласий Павла и Иакова, брата Господня, был не просто абстрактный спор об иудейском законе. Настоящие последователи Иисуса, то есть зилоты, праведники, святые,
«Учение Павла возмущало глубочайшие убеждения иудействующих христиан. Попытка представить трагическую смерть их Владыки, Мессии Израиля, в руках ненавистных римлян в качестве божественного акта спасения язычников от гибели, которой они все заслуживали, была, с их точки зрения, равносильна богохульству», – замечает Самуэль Брендон{250}.
Неприятности Павла были решительно другого характера, нежели неприятности других апостолов, тех самых «знаменитейших» и «лжебратий».
Тех преследовали власти: в Пергаме они «умертвили верного свидетеля моего Антипу» (Откр. 2:13), а в Иерусалиме царь Ирод «убил Иакова, брата Иоаннова, мечом» (Деян. 12:2).
Напротив, Павла римские власти постоянно охраняли, а преследовали его фанатики.
В сорока иудеях, заклявшихся не есть и не пить (т. е. не есть мяса и не пить вина), пока они не убьют Павла прямо посреди судебного заседания, трудно заподозрить представителей официальных властей. Клятва не есть мяса и не пить вина – это как раз типичная клятва членов «четвертой секты», которые как раз в это время вели кампанию террора в Иерусалиме. Собственно, именно эта же формулировка употребляется в отношении апостола Фомы: он «не ест и не пьет» (Деян. Фом. 9:96:6).
Неприятие месседжа Павла было так велико, что немецкий протестантский библеист и основатель Тюбингенской школы Кристиан Фердинанд Баур еще в XIX в. н. э. предположил, что мы знаем апостола Павла под двумя разными именами.
Один аватар Павла – это, собственно, и есть апостол Павел, «апостол к язычникам», а другой аватар – это Симон Волхв, колдун и волшебник, претендовавший, как мы помним, к ужасу Юстина Мученика, на то, чтобы самому быть Христом и богом.
Таким образом, тот факт, что «Деяния апостолов» действительно написаны очевидцем и имеют вполне реалистичный характер, отнюдь не делает их достоверным документом. Ровно наоборот – это пропагандистский документ, подчиненный ровно одной цели: максимально дистанцировать Павла от страшного Симона Волхва и заявить, что Иисус проповедовал то же, что Павел.
И этот документ, автор которого часто пишет от первого лица и называет себя спутником Павла, нигде ни словом, ни строчкой, ни буквой не говорит о присутствии в жизни Павла какой-то женщины, тем более женщины с претенциозным именем, переводящимся с греческого, как Слава Божия.
Почему?
Давайте посмотрим повнимательней.
Согласно каноническим «Деяниям» Павел в самом начале своей подвижнической деятельности прибыл в город Антиохию. Оттуда он отплыл на Кипр, а оттуда приплыл в Пергию, в Памфилии, и направился в глубь Малой Азии.
Сейчас большая часть городов, по которым путешествовал Павел, не существует, а территории, на которых они располагались, надежно отрезаны от Европы веками религиозных распрей между различными видами монотеистов. Греческий язык в них навсегда забыт, небо усеяно вышками минаретов, и многие управляются значительно хуже, чем две тысячи лет назад, при римских проконсулах и выборных городских магистратах.
