— Хромой, ты не отвлекайся, мастера замаешься искать, чтобы выточил, — вернул меня к примерке Липкий.
— Да я сам выточу.
— Видел я с такими зубами — лучше уж совсем не приращивай. Сапоги одевай.
— Зачем всё это?
— Документы у знати спрашивает только стража и то по отдельному приказу. Ну а уж палец к печати приложить…. Я вообще о таком не слышал.
— У знати свита.
— Вон два твоих стража стоят, — кивнул Липкий на Чустама и Клопа. — Шлем оденем, на воёвого и печать не видно будет, хотя тому тоже надо одеть, больно взгляд глупый.
— Ты это…, — подал голос Клоп.
— Да шучу я. Вы чего парни?
— Кто же поверит, что стража в шлемах едет? Да ещё и в таких штанах?
— Я не таких причудливых знатных видел. Один ещё и со щитами заставлял ходить и его чуть что прикрывать. Штаны конечно не воёвые, но это кто особо присматриваться будет. Толикам пробуй синий костюм.
— Мне-то зачем?
— У тебя лицо верить заставляет. Будешь горном. Ну, или вон Швану дайте костюм. Он и говорить умеет как надо.
— Дело говорит, — подтвердил Шван, — на городских въездах только во второй, а то и третий круг стен документы у знатных спрашивают. А палец приложить, так только на въезде в вотчину локота или грандзона какого щепетильного. Можно только на имперских наткнуться…. Тем всё равно.
— Ты хочешь сказать, что мы вот прямо по дороге можем ехать? — дошло до Чустама.
— Остальных если приодеть. В особенности Большого и мелкого.
— Рабами и будут.
— Не бывает такой одежды у рабов либалзона, да и пешком….
После некоторой коррекции стражем вместо Клопа поставили Липкого. Колотоп расстроился, так как с него вознамерились снять кольчугу и сапоги. Было принято решение в ближайшее время разжиться ещё лошадьми и одеждой, а пока маскарад свернули, поскольку приобретать лошадей мы могли всего двумя способами — воровать и забирать, а костюмчики раньше времени светить не хотелось.
— Что, тронулись, фантазёры, — предложил Чустам. — Лошади пить хотят, да и темнеет уже.
Через час достигли реки и небольшого мостика. Только река была не та, вдоль которой мы должны были ехать. Так, мелкая речушка с заросшими берегами, вернее всего приток большой. Лошади жадно стали пить. Да что лошади! Мы сами пускали котелок по кругу, звучно глотая спасительную влагу. А вы поешьте копчёной рыбы и потерпите час. У водоёма почувствовали первых комаров. Пока ещё мелких. Вообще эти местные твари, не удивлюсь, если выведены магами в качестве оружия. Такие… не, не здоровые — огромные жужжащие вертолёты вмещающие казалось литр крови. По крайней мере, если убьёшь напившегося, создавалось такое впечатление. Нос этих монстров напоминал скорее донорскую иглу
— Флягу надо добыть, — вытер губы рукавом Клоп.
Единственная ёмкость — котелок, не очень подходила для перевозки воды.
— Бутылки есть, только в них вино, — приняв от Колотопа котелок, уведомил Шванк.
В темноте особо видно не было, неполная луна лишь слегка освещала нас, но все взгляды скрестились на нём.
— А чего молчал? — первым отошёл Липкий.
Шванк напившись, громко дыша, выпалил:
— Вино не настойка. Там всего три бутылки.
— Свой человек, — усмехнулся вор. — Но, одну надо выпить — ребёнку воду набрать.
Слова рабов от дела недалеко расходится, благо, что местным пробкам штопор не нужен был — они и так нормально торчали из горлышка.
— Хорошо, — сделал пару глотков Чустам и передал мне сосуд.
— Ну, так, — принял после меня бутылку Шван, — Дуваракское, по полимпериала за бутыль.
Он сделал глоток, протянул Клопу:
— Я такое, будучи горном, всего раза три пробовал — алтыри имперские делают.
Шван второй раз за вечер привлёк к себе общее внимание.
— Ты хоть бы сказал, — Клоп так и не успел глотнуть.
— Мужики, — вступился я за старика, — мы свободны, (хотел сказать, только что отказались от самой красивой девушки, но прикусил язык) можем мы, в конце концов, почувствовать себя грандзонами. Когда ещё удастся выпить вина стоимостью в четверть себя самого.
— М-м-м, — потребовал передать ему бутыль Большой.
— Этому ведро надо, — заметил Чустам.
Большой замотал головой, после того как глотнул, и показал два пальца. Все засмеялись. Тут со стороны дороги послышался скрип колеса. Все повернулись в ту сторону. Вскоре на мост въехала одинокая телега, на которой угадывались три фигуры.
— Пусть едут, — прошептал я.
Мы подождали, когда они отъедут.
— Может ещё одну? — предложил Клоп.
На некоторое время повисла тишина. Я прямо нутром ощущал, что ждут моего ответа, причём желательно положительного.
— Один раз живём, — тихо произнёс я.
— Шванк, где лежат? — спросил Клоп.
— Там у каурой справа в узле, — ответил горн.
— Обе брать? — вопрос адресовался мне.
— Разумеется.
— Дядь Клоп, я принесу, — подскочил Огарик.
Когда мальчонка принёс бутылки, одна была распечатана.
— Чего это? — Спросил я его.
— Я тоже хочу попробовать такое дорогое вино. А вы же не дадите.
Все заулыбались.
— Наш парень, — похвалил Чустам.
Вторую бутылку распивали медленно (договорились по пол глотка), растягивая удовольствие.
— Как-то с пары бутылок хорошо стало, — почувствовал я неладное.
