58. И после этой молитвы у меня появилась мысль, как нам, предварительно согласовав это с баронами и теми, кто был опытен в морских делах, высадится в Польенсе. Я спросил: "Есть ли на этой моей галере кто-либо, кто был в Мальорке и на этом острове?" И Эн Беренгер Гайрон,[164] капитан галеры, ответил, что он был в этой стране. И я спросил его: "Какие гавани есть вблизи города, со стороны Каталонии?" И он сказал, что в трех лигах от города по суше и в двадцати милях морским путем был холм: холм назывался Драгонера; он располагался не непосредственно на земле Мальорки, но отделялся от нее узким морским заливом; что на нем находился источник пресной воды, и что, когда он был там со своим судном, его люди брали из него воду. И что рядом был другой холм, никак не связанный с главным островом, называемый Панталере, и тот холм располагался на расстоянии выстрела из арбалета от главного острова. И я сказал ему: "Зачем мы ищем другое место для высадки, когда там мы получим и пресную воду и хорошую гавань, где лошади смогут отдохнуть, не опасаясь сарацин. Прибудет весь наш флот, и мы сможем предпринять попытку к выгоде того, что решили?" Итак, я сказал им плыть с ветром Прованса, чтобы они вошли туда с тем ветром. Поэтому мы подняли парус и сказали людям на галере передать всем другим судам также поднять паруса, и что это было моим приказом; и чтобы каждое судно и галера следовали за нами к гавани Паломеры. И так все подняли паруса, когда увидели, что так сделали на моей галере. И узрите, каково совершенство Бога! С тем ветром, с каким мы отправлялись на Мальорку, мы, возможно, никогда не взяли бы Польенсу, как было предначертано. А тот, который, как мы думали, был против нас, помог нам, поскольку все и каждое из судов, что были с подветренной стороны, пошли с тем ветром в Паломеру за моей галерой. Так что не пропало или не отстало ни одно судно или барка из всего флота. Мы вступили в гавань Паломеры в первую пятницу сентября,[165] и к ночи на субботу весь флот бросил якорь в ее гавани.
59. И в ту же самую субботу я послал за баронами и ноблями моего двора, за Доном Нуньо, графом Ампуриаса, Эн Гильеном де Монкадой и другими. Послал я также за некоторыми из капитанов, пользовавшимися наибольшим авторитетом на флоте, и посоветовался с ними относительно того, что следует сделать сначала. Данный ими совет был таким: послать Дона Нуньо на его собственной галере и Эн Рамона де Монкаду на галере из Тортосы пройти вдоль побережья, как будто они идут к Мальорке; и все мы высадимся там, где они решат флоту остановиться. Они нашли место, называемое Санта Понса, и подумали, что оно хорошо для высадки. То был холм вблизи моря, на каковом холме, если разместить там пять сотен человек,[166] то не было бы никакого опасения, что они будут изгнаны прежде, чем прибудет остальная часть флота. Было определено, что в воскресенье мы должны расположиться на том холме Панталеу, и так мы и сделали. В полдень в воскресенье сарацин, прозываемый Али, прибыл на корабле из Ла Паломеры и сообщил нам новости, касающиеся острова, короля и города. В полночь я приказал, чтобы галеры снимались с якоря, и чтобы никто не кричал
