Хроники 1325 – 1340 полностью

Затем немец отвел его в шатер монсеньора Жана д’Эно, который был сильно изумлен при виде него, а когда выслушал рассказ о его приключении — то и подавно. Он устроил обед для сеньора де Фаньоля и немецкого рыцаря, а после трапезы завел речь о выкупе и сказал немцу: «Сир Хостреберг, будьте немного уступчивей в отношении сеньора де Фаньоля. Ведь вы же знаете, при каких обстоятельствах его пленили». Немецкий рыцарь сильно смутился и сказал: «Монсеньор, если его привел ко мне сам Господь, то как нельзя более кстати, ибо вчера вечером я проиграл все мои деньги в кости». Тут начали рыцари хохотать, и громче всех заливался смехом мессир де Бомон. Потом они стали торговаться, постепенно сбавляя первоначальную сумму выкупа. В конце концов немец пообещал отпустить пленника за шестьсот старых экю, которые мессир де Бомон должен был ему выплатить сразу. Мессир де Бомон внес деньги уже к вечеру и одолжил их сеньору де Фаньолю, и велел ему взять назад своего коня. Полностью выкупленный и свободный, сир де Фаньоль вернулся к графу Эно и поведал ему о своем приключении и о любезности, которую ему оказал его дядя, монсеньор Жан д’Эно. Все это очень порадовало графа.

Однако расскажем теперь, что происходило в обеих армиях в пятницу утром. Воины в каждом лагере поднялись тем утром очень рано. Вооружившись и приведя себя в порядок, они в большинстве своем очень благочестиво отслушали мессу, как и подобает тем, кто собирается вскоре подвергнуть себя смертельной опасности.

Англичане первыми вышли в поле и построились тремя пешими ратями, хорошо и умело. Своих лошадей, повозки и слуг они распорядительно[622] отослали в лесок, который был у них в тылу.

В первой рати находились герцог Гельдернский, граф Юлихский, мессир Жан д’Эно, маркграф Бранденбургский, маркграф Мейссенский, сир Фалькенберг, Вильгельм Дювенвоорде, Арнольд Бланкенхайм и другие немцы. И было в этой рати 25 знамен, 15 флажков и 8 тысяч воинов с хорошим снаряжением.

Вторую рать возглавлял герцог Брабантский. Вместе с ним там были граф Бергский, граф Клевский, граф Зальмский, сир Кёйк, сир Бергена, сир де Газбек[623], сир Бреда[624], сир Ротселар[625], сир Баутерсам[626], сир Вассенар[627], сир Виттем[628], сир Букхаут[629], сир Сконневорт[630], сир Борневаль[631], сир де Гре[632] и многие другие, коих я не могу назвать. И было в этой рати 21 знамя, 17 флажков и целых 8 тысяч воинов с хорошим снаряжением.

Третью рать, самую большую, возглавлял король Англии. Подле него находилось великое множество благородных людей из его страны: прежде всего, граф Генрих Дерби, сын монсеньора Генриха Ланкастера Кривая Шея, епископ Линкольнский, граф Нортгемптон и Глостер, граф Уорик, граф Солсбери, который был маршалом войска, граф Саффолк, граф Херифорд[633], граф Марч[634], граф Пемброк, монсеньор Ричард Стаффорд, мессир Джон, виконт Бъюмонт[635], сир Бошем[636], мессир Вильям Фитц-Уорен, сир Росс Нортумберлендский[637], который был там посвящен в рыцари и впервые поднял знамя, сир де Ла-Вар, сир де Салик[638], сир Фелтон, мессир Рейнольд Кобхем, сир Феррере[639], сир Брэдстуон, мессир Хъюг Гастингс[640], сир Мултон и многие другие, коих я не могу назвать.

Король Англии посвятил там в рыцари многих воинов — среди прочих и мес-сира Джона Чендоса, который впоследствии стал очень знаменитым рыцарем. И было в королевской рати 32 стяга, столько же флажков, 6 тысяч латников и 6 тысяч лучников.

Мессиру Роберу д’Артуа было велено держаться поодаль слева с одним полком, дабы помочь тому крылу, которое наиболее устанет в битве. Под его началом там были монсеньор Беркли, сеньор Клиффорд[641], мессир Ричард Пембридж, мессир Бартоломью Бергерш[642], а также 3 тысячи латников, 12 знамен и 2 тысячи лучников.

Когда все англичане, немцы, брабантцы и другие союзники построились вышеописанным образом, то стали спокойно поджидать врага в чистом поле, не имея никакого [позиционного] преимущества. А король начал ездить от полка к полку и с веселой улыбкой просить сеньоров и воинов, чтобы они укрепились духом и мысленно приготовились исполнить свой долг, ибо он ручается перед ними всей душой, что его дело правое. Глядя на него, все испытывали воодушевление и обещали ему, что помогут защитить и отстоять его право. Проехав так перед строем, король вернулся в свой полк. Затем было приказано, чтобы никто не шел вперед и не вставал перед маршальскими знаменами. Так провели они все утро, поджидая французов. Меж тем французы тоже построились в боевой порядок, который будет описан ниже.