Когда король Англии услышал эти условия и требования фламандцев, то почувствовал нужду в добром и обдуманном совете, ибо тяжело ему было взять титул и герб правителя той страны, в которой он еще ничего не завоевал, и не знал он даже, сможет ли это сделать. С другой стороны, ему очень не хотелось отвергать поддержку и помощь фламандцев, которые могли способствовать ему в этом деле сильнее, чем все остальные люди на свете. Поэтому он решил посовещаться с герцогом Брабантским, герцогом ГельДернским, графом Юлихским[668], монсеньором Жаном д’Эно, монсеньором Робером д’Артуа и со своими самыми близкими советниками.
Наконец, обдумав и взвесив все «за» и «против» и вняв подсказке названных сеньоров, король ответил фламандцам, что если они согласятся дать ему письменную клятву за печатями в том, что помогут вести его войну, он выполнит все их условия с легким сердцем, а также поклянется отвоевать для них Лилль, Дуэ и Бетюн. Фламандцы ответили: «
Тогда был выбран и назначен определенный день для переговоров в Генте. С наступлением этого дня там уже были король Англии, герцог Гельдернский, герцог Брабантский, граф Юлихский, маркграф Мейссенский и Остерландский, маркграф Бранденбургский, мессир Жан д’Эно, господин Фалькенберг, мессир Робер д’Артуа и многие другие сеньоры. Фландрию там представляли самые влиятельные советники, посланные от всех добрых городов и даже от Вольного Округа Брюгге. Все вышеназванные договоренности и условия были еще раз оглашены, обсуждены, согласованы, занесены в грамоты и скреплены печатями[669]. Король Англии принял титул короля Франции и пользовался им до тех пор, пока не отказался от него в силу определенных договоренностей, как вы узнаете позднее из этой книги. Сразу за этим он повелел разделить свой геральдический щит на четыре поля и изобразить на двух из них герб Франции.
На этих переговорах, проходивших в Генте, было сказано много речей, и сеньоры условились о том, что с наступлением лета они развернут очень большую войну во Франции. По подсказке фламандцев, они поставили перед собой цель в первую очередь осадить город Турне. Ведь если бы они смогли его покорить, им легче было бы завоевать Лилль, Дуэ и Бетюн, и они получили бы возможность изо дня в день вторгаться в королевство Французское столь глубоко, сколь им было угодно. Кроме того, фламандцы и брабантцы, которые были заодно и поддерживали между собой тесный союз, очень настаивали, чтобы король привлек на свою сторону жителей Эно, поскольку благодаря этому его война пошла бы намного успешней. Король Англии и его сеньоры очень просили графа Эно присутствовать на переговорах в Генте, однако граф уклонился от этого, сказав, что никогда не сделает чего-либо враждебного по отношению к своему дяде королю Франции, если только французы сами не вынудят его к этому.
Наконец сеньоры дружно разъехались и вернулись в свои края. При расставании король Англии попросил, чтобы все были уже полностью готовы к тому времени, когда он вновь объявит сбор. Они ему это пообещали.
После этих переговоров король Англии на долгое время задержался во Фландрии. Он ездил из одного города в другой, чтобы лучше познакомиться с местными жителями и завоевать их расположение. По совету Якоба ван Артевельде и по просьбе гентских горожан, он велел переехать в Гент своей жене, госпоже-королеве Филиппе. Супруги стали держать свой двор в аббатстве Святого Петра, и там их часто навещали дамы и именитые гентские горожане.
Кроме того, желая выказать фламандцам как можно больше любви, король исполнил то, о чем прежде дал письменную клятву за печатью: он повелел графу Солсбери и графу Саффолку расположиться с гарнизоном в городе Ипре, чтобы донимать войной жителей Лилля. Повинуясь приказу, эти графы часто выходили из Ипра со своими воинами и устраивали внезапные нападения и засады на людей, живущих в Лилле и его окрестностях.
