Состоялся большой приступ, ибо названный рыцарь очень сильно укрепил первые ворота аббатства, которые со всех сторон были окопаны рвами, большими и глубокими. Французы и монахи, находившиеся в аббатстве, оборонялись очень отважно, но под конец они не смогли выстоять против такого количества латников. Ибо эннюерцы где-то раздобыли лодки и, спустив их на воду, сумели переправиться через рвы. Однако при этом был убит и утонул один немецкий рыцарь, товарищ сеньора Фалькенберга, коего звали мессир Бако де Ле-Вьер[841]. Сир Фалькенберг был из-за этого очень расстроен, но дело было уже не поправить.
В штурме тех ворот, которые охранял мессир Аме де Варнан, участвовали очень храбрые рыцари во главе с графом Эно, его дядей мессиром де Бомоном и сенешалем Эно. В конце концов они сумели захватить ворота. Охранявшего их рыцаря они взяли в плен, а остальных защитников большей частью перебили и умертвили. Кроме того, они пленили многих монахов, которых там нашли. Их аббатство сначала было разорено и разграблено, а потом сожжено и разрушено, и город тоже.
Когда граф и все его латники, участвовавшие в этом набеге, свершили свою волю над Маршьенном, они вернулись под осажденный Турне.
Однако расскажем вам о том, как немцы, сидевшие в лагере под Турне, совершили рейд к Понт-а-Трессену, возле которого мессир Робер де Байёль и де Морьоме вместе с льежцами разбил отряд эннюерцев.
Сир Рандероде[842], его сын, мессир Арнольд Рандероде, тогда еще только оруженосец, мессир Иоганн Ходебург[843], который тоже в ту пору был оруженосцем и наставником сына сеньора Рандероде; мессир Арнольд Бланкенхайм, мессир Рейнольд Сконневорт[844], мессир Конрад Лансемах, мессир Конрад Аск, мессир Бастьен де Барзи, его брат Кандрельер[845], мессир Страмен де Венон[846] и многие другие сеньоры из герцогства Юлихского и из Гельдерна сочли за великий позор то, что эннюерцы потерпели такой разгром. Поэтому однажды вечером они посовещались между собой и решили, что следующим утром, на рассвете, отправятся в набег и проедут по мосту в Трессене. Еще затемно они хорошо и тщательно вооружились и подготовились, а на рассвете отправились в путь. Помимо немцев, в их отряде были также и некоторые башелье из Эно, не участвовавшие в первом злополучном рейде: сир де Ворьё, коего звали мессир Флоран, мессир Бара де Ла-Ге[847], маршал сеньора Жана д’Эно, мессир Ульфар де Гистель, мессир Робер де Глюэн[848] из графства Лоосского, который тогда был оруженосцем в свите мессира де Бомона, и многие другие.
И вот поехали эти сеньоры, коих я вам назвал, неспешно и осмотрительно, и было в их отряде целых триста копий или даже более — все добрые латники. Они прибыли в Понт-а-Трессен как раз на восходе солнца и беспрепятственно проехали по мосту. Оказавшись на другом берегу, они посовещались и решили меж собой, как они распределят свои силы, чтобы совершить набег на французский лагерь. Сир Рандероде, его сын мессир Арнольд, один наемник мессир Генрих Кенкерен[849], мессир Тильман де Саусси (Saussi)[850], мессир Ульфар де Гистель, мессир Аллеман[851] — в ту пору оруженосец, и мессир Жакло де Тьян[852] были посланы в разведку с поручением доскакать до самых шатров французского лагеря. А все другие рыцари и оруженосцы, коих было добрых три сотни, должны были остаться у моста и охранять проезд от нежданного нападения.
Итак, пустились разведчики в путь. В их отряде могло быть примерно сорок копий, и сидели они на чистокровных скакунах и рослых боевых конях. Сначала они ехали совсем неспешно, но, завидев лагерь французского короля, понеслись и ворвались в него на полном скаку. И начали они обрубать веревки, опрокидывать шатры и палатки и учинили великий переполох и беспорядок в войске французов.
Минувшей ночью там несли дозор два французских барона, сир де Монморанси и сир де Сен-Солье[853], и в тот час они еще находились на своем посту. Услышав шум и возгласы, они повернули в их сторону свои знамена и поскакали сплоченным и внушительным строем на разведчиков, совершавших налет на их лагерь.
Когда сир Рандероде увидел, что они приближаются, то благоразумно поворотил назад своего коня и велел тому, кто нес его флажок, и своим товарищам скакать к мосту на соединение с главными силами. Французы погнались за ними, и в ходе преследования захватили в плен мессира Ульфара де Гистеля, который не смог и не успел от них своевременно увернуться, ибо был близорук. Слишком замешкавшись, рыцарь оказался окружен врагами и признал себя пленником. То же самое случилось и с одним оруженосцем, коего звали Жан де Мондор[854], а также с Жаком де Тьяном.
