Однако расскажем вам об одном происшествии, случившемся с тем фламандским войском, над которым начальствовал мессир Робер д’Артуа. В этом войске, состоявшем из ополчений Ипра, Поперинге, Берга, Мессина и Кассельского кастелянства, насчитывалось целых 60 тысяч человек. Выполняя распоряжение мессира Робера д’Артуа, все они расположились в Кассельской долине с шатрами, палатками и великим обозом, дабы противостоять отрядам, которые были посланы французским королем в города Сент-Омер, Эр, Сен-Венан и окрестные замки. От имени короля Франции в городе Сент-Омере находились граф-дофин Оверньский, сир де Меркель[856], сир де Шалансон[857], сир де Монтагю из Оверни[858], сир де Рошфор[859], сир д’Апшье[860] и все великие бароны Оверни, а также многие рыцари, оруженосцы и добрые латники. В Эре находились рыцари из Артуа: сир д’Обиньи, сир де Санти[861], сир д’Авелен[862], сир де Креки[863], сир де Коканпуа[864], сир д’Авескерк[865], сир д’Аннекен[866], сир де Рели[867] и сир де Базантен[868].
Они часто совершали вылазки и завязывали стычки с фламандцами, а фламандцы тоже не оставались у них в долгу.
Однако как-то раз случилось, что эти фламандцы отправились в набег, дабы пограбить возле Сент-Омера. В их отряде было примерно три тысячи человек — все легкие и умелые воины. Войдя в городские предместья, они стали вламываться во многие дома и так увлеклись грабежом, что забрали все дочиста из того, что смогли найти.
Тем временем в городе поднялся шум и крик. Находившиеся там сеньоры вооружились и велели сделать то же самое своим людям. Затем они выступили из города через иные ворота, нежели те, возле которых находились фламандцы. В их отряде могло быть шесть знамен, двести копий и примерно шесть сотен пеших бидалей. Они двинулись в обход города, поскольку у них был проводник, хорошо знавший местность, и нагрянули к фламандцам в очень удачный момент. Те были уже полностью увлечены грабежом и разорением города Арка, расположенного неподалеку от Сент-Омера, и беспорядочно рассеялись в разные стороны, не имея над собой никакого руководства. И вот они вдруг видят, что на них движутся французы — с опущенными копьями, развевающимися знаменами и в добром строю — и кричат: «
Когда фламандцы увидели врага в такой близости от себя, то были совершенно испуганы и, не соблюдая никакого порядка и строя, со всех ног бросились наутек. Побросав всю добычу, они устремились в поля, а французы следовали за ними по пятам, убивая и валя их наземь поодиночке и целыми толпами. Эта погоня длилась на протяжении целых двух лье, и в ходе нее из трех тысяч беглецов было убито не менее тысячи восьмисот. В плен же попало четыре сотни человек. Они были уведены французами в Сент-Омер, а потом отпущены за выкуп[869].
Когда остальные, сумевшие убежать, вернулись в свой лагерь, то рассказали о постигшем их несчастье. Эта весть дошла до их предводителей — монсеньора Робера д’Артуа и монсеньора Анри Фландрского. И сказали они, что если с фламандцами стряслась беда, то поделом, ибо они совершили этот набег без всякого дозволения и совсем бестолково. Так-то вот пожалели сеньоры фламандцев.
Однако в ту же самую ночь в их лагере случилось удивительное происшествие. Никогда прежде никто не слыхивал о подобной диковине! Примерно в полночный час, когда фламандцы лежали в своих палатках и спали, на них напал такой великий всеобщий ужас, страх и кошмар, что все они немедленно вскочили на ноги. Охваченные смятением, они уже и думать не могли о том, чтобы дождаться более подходящего времени для ухода. В великой суматохе повалили они свои шатры и палатки, кое-как, не дожидаясь друг друга, покидали их на повозки, а затем ударились в бегство, не разбирая дороги и не соблюдая никакого строя.
И было сказано мессиру Роберу д’Артуа и монсеньору Анри Фландрскому, которые спали в своих шатрах:
«Дорогие господа! Вставайте и одевайтесь, ибо ваши люди бегут, хотя за ними никто не гонится, и не могут они сказать, что на них такое нашло и побуждает их бежать!»
Тогда поднялись оба сеньора со всей возможной поспешностью и велели зажечь костры и великое множество факелов. Затем они вскочили на коней и, выехав навстречу бегущим фламандцам, сказали им:
