Итак, из Либурна выступили граф Дерби, граф Оксфорд, мессир Готье де Мони, мессир Ричард Стаффорд, мессир Хъюг Гастингс, мессир Стивен Томби, сир Феррере и другие воины-соратники. Они ехали всю ночь и оказались на следующий день в двух малых лье от Обероша. Укрывшись в одном лесу, англичане спешились, привязали своих коней к деревьям и кустарникам и дали им пастись на травяных полянах. Так, постоянно поджидая графа Пемброка, они провели всё утро до самых нон. При этом англичане очень сильно удивлялись тому, что не слышали никаких вестей о названном графе. Когда же солнце стало клониться к закату, они, видя, что графа до сих пор нет, сказали между собой:
«Что будем делать: нападем на наших врагов или же повернем назад?»
Англичан одолевали большие сомнения, ибо они считали, что людей у них слишком мало, чтобы сражаться с таким войском, какое было в осадном лагере под Оберошем. Ведь у них насчитывалось не более 300 копий и 600 лучников, а у французов могло быть от 10 до 12 тысяч человек. Однако англичане не хотели отступать, ибо хорошо знали, что если они уйдут, не сняв осаду, то потеряют замок Оберош и своих товарищей рыцарей, которые в нём находились.
Наконец, учтя и взвесив все «за» и «против», они дружно постановили, что, во имя Бога и Святого Георгия, поедут сразиться со своими врагами. Тогда они обсудили, как это лучше сделать, и решение, на котором остановилось большинство, исходило от монсеньора Готье де Мони. Он сказал так:
«Господа! Мы все сядем на коней и поедем вдоль кромки этого леса, пока не окажемся на другом его краю, рядом с вражеским лагерем. Подъехав уже совсем близко, мы пришпорим коней, громко прокричим наши кличи и нагрянем прямо в час ужина. Вот увидите: от нашего внезапного появления враги так растеряются и перепугаются, что будут побеждены без боя».
Тогда ответили рыцари, приглашенные на этот совет:
«Мы сделаем именно так, как вы предлагаете».
Все подошли к своим коням, подтянули им подпруги, велели покрепче пристегнуть себе латы и распорядились, чтобы все пажи и слуги с дорожным снаряжением оставались на прежнем месте. Затем они очень осторожно ехали вдоль кромки леса, пока не прибыли на другой его край. Там, в долине, возле небольшой реки, располагался французский лагерь. Немедленно развернув свои знамена и флажки, англичане ударили коней шпорами, выехали широким строем на открытый простор и помчались на врага. Гасконские сеньоры, а также их люди оказались застигнутыми врасплох, ибо нисколько не остерегались внезапного нападения. I-Они как раз собирались ужинать, и многие уже уселись за столы, уверенные в своей безопасности, ибо вовсе не думали, что граф Дерби собирается к ним пожаловать в такой час.-II[1338]
И вот англичане, полностью продумав свои действия, стремительно ворвались в лагерь, восклицая: «
Так, внезапно, свалилась на гасконских сеньоров большая беда, ибо у них совсем не было времени, чтобы вооружиться и выйти в поле. Граф де Л’Иль, очень тяжело раненый, был захвачен в плен в своем шатре, и так же случилось с графом Перигорским и его дядей, мессиром Роже. Граф Валентинуа тоже попал в плен, а его брат мессир Эмар де Пуатье и сир де Дюрас были убиты. Короче говоря, прежде еще не видывали, чтобы столько добрых людей, рыцарей и оруженосцев, погибло, так мало сделав, ибо все бежали кто быстрей.
Правда истинная, что располагавшиеся в другой стороне от замка граф Комменжский, виконты Кармэнский, Вильмюрский и Брюникельский, сир де Ла-Барт и сир де Тарид собрались в отряд, подняли свои стяги и решительно выехали в поле. Однако англичане с громкими кличами помчались к этому отряду и врезались в него на полном скаку. Разгромив уже большую часть гасконского войска, англичане были исполнены воодушевления и ясно видели, что, если фортуна не будет к ним слишком сурова, победа останется за ними. Там было совершено множество прекрасных подвигов. Постоянно выручая друг друга, англичане пленили многих гасконцев.
