«Да, во имя Господа! Я обещаю и ручаюсь своей головой, что приведу вас в такое место, где вы и ваше войско безопасно перейдете через реку. Там есть определенный участок, где дважды в сутки могут пройти шеренгой 12 человек, и при этом вода будет им не выше колен. Когда морской прилив растет, река вздувается так сильно, что никто не может через нее перейти. Но когда прилив, который бывает дважды в сутки, полностью спадает, река в этом месте становится столь мелкой, что ее легко переходят вброд, пешком и верхом. Это невозможно сделать нигде, кроме как там, — разве только по мосту в Абвиле, но этот город велик, хорошо укреплен и его охраняет большой гарнизон латников. Дно брода, о котором я вам рассказал, монсеньор, покрыто галькой из белого рухляка, крепкого и плотного, так что по нему можно смело возить повозки. Потому-то и называют этот брод Бланш-Так».
Выслушав речь этого слуги, король Англии обрадовался больше, чем если бы кто-нибудь подарил ему 20 тысяч экю. Он сказал:
«Приятель, если я смогу убедиться в правдивости твоих слов, я, в благодарность за это, бесплатно отпущу из плена тебя, всех твоих товарищей и велю выдать тебе III-100 ноблей-IV[1431]».
Гобен Агас ответил:
«Сир! Да не сносить мне головы! Однако приготовьтесь соответственно, чтобы быть на берегу перед восходом солнца».
Король молвил:
«Охотно».
Затем он дал знать по всему своему войску, чтобы каждый вооружился и снарядился по звуку трубы, дабы выступить и направиться в другое место.
Той ночью король Англии спал мало. Встав уже в полночь, он велел трубить сигнал к выступлению. Все люди тотчас были готовы, дорожные кони навьючены, а повозки — нагружены. Затем, на рассвете, англичане выступили из Уазмона и поехали, ведомые пленным слугой. И столь быстро и ходко они продвигались, что уже примерно на восходе солнца оказались довольно близко от брода, именуемого Бланш-Так. Однако морской прилив был тогда еще столь высок, что они не могли начать переправу немедленно. Кроме того, королю надлежало дождаться своих людей, которые двигались позади него. Поэтому он оставался на берегу, пока не миновал час прим и прилив не отхлынул назад. Но прежде чем вода полностью спала, с противоположной стороны к броду Бланш-Так подоспел мессир Годмар дю Фэ с большим количеством латников, посланных королем Франции, как уже было сказано выше. Приближаясь к Бланш-Таку, названный мессир Годмар собрал множество местных селян, так что в целом у него насчитывалось добрых 12 тысяч человек. Они тотчас построились на берегу, дабы охранять и оборонять переправу. Однако король Эдуард Английский вовсе не отказался от своего намерения переправиться и велел, чтобы его маршалы немедленно ринулись в воду, а лучники сильно стреляли бы по французам, стоявшим в воде и на берегу. Тогда два маршала приказали своим знаменам ехать вперед, во имя Бога и Святого Георгия, а сами двинулись следом. Англичане устремились в реку на полном скаку, впереди — самые горячие, на лучших конях. Там, прямо в реке, разыгралось много схваток на копьях, и множество людей было сброшено в воду с обеих сторон. Бой разгорелся жаркий, ибо мессир Годмар и его люди рьяно обороняли переправу. Некоторые французы из Артуа, Пикардии и из отряда монсеньора Годмара, дабы стяжать почет, стремительно въехали в реку. Они больше предпочитали сражаться в воде, нежели на суше, ибо вовсе не хотели, чтобы противник напал на них в поле. Тогда, скажу я вам, состоялось множество поединков на копьях, и множество прекрасных подвигов было совершено.
