Хроники Чарма полностью

– Я могу поиграть с вероятностью, – вдруг заявил Алек, выходя вперед.

Его родители встрепенулись, а Мейпл неуверенно взглянул на него:

– Хорошо, оставайся.

– Ты уверен? – заботливо поинтересовался Саймон.

– Да, все нормально.

Радужки Мари тут же стали фиолетовыми:

– Что ты творишь? – она повернулась к нему лицом.

– Я делаю то, что должен, – спокойно отчеканил юноша. – Иди с остальными.

– Нет, что ты…

– Иди, – строже повторил он.

Саймон и Каспер как-то озадаченно наблюдали за перепалкой молодой пары, после чего направились к выходу вместе с остальными. Мари обреченно смотрела на возлюбленного, как вдруг к ней подошла Мэдди и принялась выводить ее из зала. Шерман шагал к выходу спиной и выглядел будто бы скучающим – кажется, таким образом он пытался скрыть волнение:

– Только, пожалуйста, не отбросьте коньки, – он ухмыльнулся. – Не хочу никого встречать на той стороне.

– Все будет хорошо, – губы Феликса растянулись в улыбке.

– Беру с тебя слово, любимый.

С этими словами дух закрыл за собой дверь.

Антуанетта и Контесса неспешно беседовали, продолжая сидеть в переговорном зале. Они обе выглядели какими-то уставшими и несколько потерянными. Разговор шел как-то натужно. Подруги то и дело перепрыгивали с темы на тему, пытаясь охватить как можно больше, оставить меньше недосказанностей. А о чем следует говорить, когда вы знаете, что это ваша последняя беседа?

– Нам всегда говорили, что параллельные миры – лишь пустышки, как и все люди, находящиеся там, – Леруа задумчиво глядела перед собой.

– Да, говорили, – согласилась Тесса.

Она скучающе смотрела на свои ноги. Легонько била каблуками по полу. Тони не обращала на это внимания:

– Но, знаешь, я же была там, – нервный смешок вырвался из ее рта. – Я не знаю… Не могу поверить, что все те, кого я там встречала – лишь оболочки. Они чувствовали, они страдали, они любили, – последние слова прозвучали как-то отчаянно.

– Ты не обязана верить во все, что тебе говорят.

На несколько мгновений спутницы замолчали. Об этих словах стоило поразмыслить, но время нещадно уходило.

– В моем мире вы были живы, – Леруа вдруг с надеждой посмотрела на подругу. – Так и должно было быть. Может быть, так и есть? Родили с Шерманом дочку, назвали ее Амелией… Может, Амели… Сто процентов спорили бы, какую ей дать фамилию, и по итогу дали бы двойную.

Контесса рассмеялась:

– Да, это точно, – выражение ее лица было слишком ностальгирующим. Будто бы она знала какую-то тайну.

– Амелия Редлок-Блэкуолл… – Тони слегка поникла. – В том мире Мэтт умер. Прямо как в этом. Но, может быть, он жив в каком-то другом? И там у них с Софи все хорошо.

– Мне нравится эта идея, – ее спутница подперла голову рукой, с улыбкой наблюдая за размышлениями подруги.

– Мэтти бы точно дал своим детям какие-нибудь претенциозные имена! – Антуанетта запрокинула голову к потолку.

– И издевался бы над тобой из-за того, что ты использовала слово «претенциозные»…

– Сто процентов, – рыжая усмехнулась.

Блэкуолл смотрела на нее аккуратно, слегка исподлобья:

– Имя… Что-то наподобие Роуз?

– Да, точно! – рыжая оживилась. – Софи бы понравилось, прямо как в «Титанике», она наверняка любит этот фильм… – женщина осеклась. – Любила.

– Заставила бы Мэтта и сына назвать в честь героя фильма, – поддержала ее Тесса.

– Это было бы великолепно, – Леруа расхохоталась. – Джек Блум.

– Соглашусь.

– Может быть, и Фи решила бы стать мамой, – колдунья пожала плечами. – Думаешь, она бы дала ребенку свою фамилию?

– Он так гордится своим родом, – дух покачала головой, – думаю, да.

– У них в семье с фантазией на имена так себе…

Тесса прыснула:

– Наверно, Фелиция бы захотела изменить это.

– Придумала бы какое-нибудь броское имя, да? – рассуждала женщина. – Что-нибудь этакое.

– Катон?

Антуанетта выглядела впечатленной:

– Да, интересный вариант. Мне нравится. В каком-то мире так оно и есть.

Блэкуолл поджала губы – ее подруга вновь стала какой-то потерянной. Ветер за окном будто бы стал прохладнее – теперь его можно было легко расслышать в самом помещении. Небо затянуло облаками.

– В том мире еще был Люциан. Я все еще думаю о нем, – нехотя призналась Антуанетта. – Иногда. Меня это бесит. Он ужасный человек, он… Но я помню, каким он был. И я не понимаю, что случилось, – она устало схватилась за голову.

Контесса потупила взор.

– Он поблагодарил меня за то, что я его убила, – женщина недоуменно пожала плечами. – С чего бы вдруг? Настолько сошел с ума? Он чуть не убил меня там, в школе. Но ловушка вдруг спала, – ее лицо приняло какое-то разбитое выражение. – Я думаю, он и был тем, кто ее держал. Но почему он…

Взгляд духа был печальным, но она молчала. Леруа вздохнула:

– Ты что-то знаешь.

– Когда попадаешь туда, то узнаешь вообще все. Буквально, – ее лицо приняло усталое выражение.

– Но не можешь говорить об этом нам, простым смертным, – усмехнулась рыжая.

– Я лишь могу сказать, что в каком-то смысле понимаю тебя. Мы с Гарнетом… У нас тоже были непростые отношения.

– Твой неизменный спутник со стороны Тамики? – Тони нахмурилась. – Вы были близки?