Хроники Черного Отряда полностью

– Точно, – проворчал я, краем глаза взглянув на стол, за которым должен был сидеть упомянутый мужичонка. – Проклятье! Надо было считать их по головам после каждого похода к колодцу.

Ростовщик, сидевший к нам спиной за соседним столом, услышал эти слова, но не обернулся. Он дождался новой партии, после чего неспешно приблизился к стойке и попросил кувшин пива. Пока он отвлекал местных своей болтовней, я быстро двигал пальцами.

– Стоит подготовиться к нападению, – сказал я на языке жестов. – Они знают, кто мы. Я проболтался.

Мы крепко насолили мятежникам, и они были не прочь поквитаться. Черный Отряд прослыл на весь свет успешным истребителем бунтовщиков; где бы мы ни появлялись, очаг этой заразы вскоре исчезал. Хотя мы и не такие злодеи, как нас малюют, слухи о нашем приближении сеют в народе ужас. И часто мятежники просто ложатся на дно, бросая свои запланированные операции.

Но сейчас нас четверо, и мы далеко от товарищей, которые, наверное, и не подозревают, что нам грозит опасность. Конечно, враги попробуют с нами разделаться. Вопрос в том, насколько решительно.

У нас, разумеется, есть карты в рукавах. Мы никогда не играем честно, если это возможно. Кредо Черного Отряда – максимальная эффективность при минимальном риске.

Высокий смуглый человек поднялся, вышел из тени и направился к лестнице, ведущей к спальным комнатам.

– Присмотри за ним, Масло, – буркнул Леденец.

Масло поспешил вдогонку. В сравнении с молчаливым незнакомцем он выглядел совсем мелким. Местные с удивлением наблюдали за происходящим.

– Что дальше? – знаками спросил Ростовщик.

– Ждем, – вслух сказал Леденец. – Делаем то, за чем нас сюда послали, – добавил он на языке жестов.

– Роль живца не самая приятная. – Ростовщик нервно смотрел на лестницу. – Помоги-ка Маслу с раскладом, – предложил он.

Я посмотрел на Леденца. Тот кивнул:

– Почему бы и нет? Скажем, семнадцать будет в самый раз.

Обычно Масло играет на понижение, когда у него на руках меньше двадцати. При семнадцати он наверняка так и сделает, к гадалке не ходи.

Я прикинул в голове расклад и ухмыльнулся. Дадим ему семнадцать очков, и у нас останется достаточно мелких карт, чтобы он гарантированно продул.

– Давайте сюда картишки. – Я быстренько организовал жульническую комбинацию. – Вот так.

Теперь у всех у нас, кроме Масла, были карты не старше пятерки.

– Отлично, – усмехнулся Леденец.

Масло не возвращался.

– Схожу наверх, проверю, – сказал Ростовщик.

– Давай, – кивнул Леденец.

Он пошел за пивом. Я тем временем рассматривал местных. Похоже, у них рождались опасные мысли. Задержав взгляд на одном, я предостерегающе покачал головой.

Минутой позже пришли Ростовщик с Маслом. Они следовали за смуглым человеком, который вернулся к себе в тень. Мои товарищи облегченно вздохнули и уселись за стол.

– Кто сдавал? – спросил Масло.

– Леденец, – ответил я. – Твой ход.

– Семнадцать. – Он пошел на понижение.

– Хи-хи-хи! – откликнулся я. – Ты в прогаре. Пятнадцать.

– Вы оба в прогаре, – сказал Ростовщик. – Четырнадцать.

– Четырнадцать, – подхватил эстафету Леденец. – Тебе крышка, Масло.

Несколько секунд Масло сидел будто оцепенев. Наконец до него дошло.

– Ах вы, сволочи! Подстроили! Если надеетесь, что я отдам деньги…

– Расслабься, сынок, – ухмыльнулся Леденец. – Это шутка. Вообще-то, была твоя очередь сдавать.

Карты снова легли по кругу. На улице уже стемнело. Новые мятежники не появлялись. Местные все заметнее выказывали беспокойство. Некоторые волновались за свои семьи, не хотели слишком поздно вернуться домой. Как и в других городах и весях, в Клейме обывателей заботит только собственное благополучие. И плевать, кто ими правит – Госпожа или Белая Роза.

Те немногие, кто сочувствовал восстанию, с тревогой ждали атаки мятежников. Боялись попасть под раздачу.

Мы притворялись, будто ничего не замечаем.

– Кто из них может быть опасен? – знаками спросил Леденец.

Посовещавшись, мы определили троих, способных доставить нам неприятности. Леденец и Масло привязали их к стульям.

Этим мы дали всем остальным понять, что знаем об угрозе и готовы ее встретить. Не ищем неприятностей, но и спуску не дадим.

Карательный отряд выжидал до полуночи. Эти мятежники вели себя осторожнее, чем те, с которыми мы разобрались раньше. Может, виной тому наша репутация?

Вопя, они ринулись в таверну. Мы разрядили пружинные трубки и взялись за мечи, отступая в угол, противоположный тому, где находился камин. Высокий человек равнодушно наблюдал.

Врагов была целая толпа. Намного больше, чем мы ожидали. Они продолжали ломиться внутрь, заполняя зал, налетая друг на друга, карабкаясь по трупам товарищей.

– Западня, – выдохнул я. – Их тут добрая сотня.

– Ага, – подтвердил Леденец. – Неприятно.

Он пнул очередного противника в пах и, когда тот согнулся пополам, рубанул мечом.

Уже все помещение, от стены до стены, заполнено мятежниками. И судя по шуму, доносящемуся снаружи, на улице такая же толпа. Кому-то очень не хочется, чтобы нам удалось уйти.