– Он не ответит. Не хочет себя выдавать, Нас-то двое, а он один.
Имперцы подтягивали пушки. Военный городок не строился с расчетом на артобстрел.
Время шло. Солнце ползло по небу. Мы все смотрели вверх. Когда же прилетит на ковре наша погибель?
Лейтенант, уверенный, что имперцы не нападут немедленно, послал несколько человек перенести все награбленное на плац, подготовить к погрузке на кита. Верил Лейтенант сам в это или нет, но он упорно обещал, что нас вывезут после заката. Той возможности, что первыми прилетят Взятые, он даже не рассматривал.
Боевой дух он поддерживал прекрасно.
Первый снаряд прилетел через час после полудня. Огненный шар шлепнулся оземь в двадцати футах от стены. Следующий перемахнул через стену и приземлился на плацу, шипя и разбрасывая искры.
– Хотят нас выкурить, – пробормотал я.
Упал третий снаряд и радостно заполыхал – тоже на плацу.
Следопыт и пес Жабодав встали и глянули через парапет – псу для этого пришлось подняться на задние лапы. Потом Следопыт сел, открыл свой ящик, вынул полдюжины очень длинных стрел. Снова встал, глянул на пушки, положил стрелу на тетиву.
Даже из собственного лука я добил бы до пушек. Но я мог бы пускать стрелы хоть весь день и не попасть.
Следопыт так сосредоточился, что почти впал в транс. Он поднял лук, натянул тетиву до уха и отпустил.
По склону раскатился вопль. Артиллеристы собрались вокруг павшего товарища.
Следопыт стрелял быстро и ловко. Казалось, он выпускает чуть ли не по четыре стрелы зараз. И каждая находила цель.
Потом он сел:
– Все.
– Что-что?
– Стрел больше нет хороших.
– Может, этого хватило, чтобы их отпугнуть.
Хватило – но ненадолго. Ровно настолько, чтобы отступить и вернуться со щитами. Потом снаряды посыпались снова. Один из них попал в здание. Жар глодал кожу.
Лейтенант непрерывно прохаживался по стене. Я присоединился к его молчаливой молитве – только бы имперцы не раздухарились и не кинулись на штурм. Потому что остановить их мы не сможем.
Солнце садилось. Мы были еще живы. Ковры Взятых пока не пикировали на нас со стороны равнины. Нам хотелось верить, что еще есть шанс.
Кто-то заколотил в ворота, да так громко, словно гремел молот рока.
– Впустите, мать вашу за ногу! – послышался вопль Одноглазого.
Солдат сбежал вниз и отпер ему. Одноглазый взобрался на стену.
– Ну? – осведомился Гоблин.
– Порадовать особо нечем. Слишком много имперцев. Слишком мало мятежников. Хотят все обдумать.
– Как ты добрался? – спросил я.
– Пешком! – рявкнул Одноглазый и добавил помягче: – Тайна ремесла, Костоправ.
Колдовство. Ну конечно.
Лейтенант остановился, чтобы выслушать доклад Одноглазого, потом возобновил свое хождение. Я наблюдал за войсками противника. По всем признакам, они теряли терпение.
Одноглазый подтвердил мое подозрение фактами. Они с Гоблином и Молчуном тут же сели разрабатывать план атаки.
Я не совсем понял, что они сотворили. Не мошек, но результат примерно тот же. Быстро стихающие дикие вопли. Но теперь на нас работали трое шаманов. Третий следил за имперцем, нейтрализовавшим заклятие.
В сторону города кинулся горящий человек. Гоблин с Одноглазым победно взвыли. И двух минут не прошло, как взорвалась пушка. Потом еще одна.
Я внимательно наблюдал за нашими колдунами. Молчун вел себя по-деловому, а Гоблина и Одноглазого понесло. Они веселились вовсю. Я испугался, что они зайдут слишком далеко и имперцы начнут штурм – в надежде смести нас.
Атака действительно началась, но позже, чем я ожидал. Противник дождался ночи. И даже тогда он вел себя осторожнее, чем следовало.
А пока над полуразваленными стенами Ржи заклубился дымок. Миссия Одноглазого увенчалась успехом. Кто-то за что-то взялся. Часть войск Госпожи снялась с места и поспешила в город.
– Думаю, мы скоро узнаем, прав ли Лейтенант, – сказал я Следопыту, когда на небе проступили звезды.
Он только брови удивленно поднял.
Запели рога. Войска двинулись на приступ. Мы со Следопытом взялись за луки, пытаясь целиться почти в полной темноте, при свете тонкого месяца.
– А какая она, Костоправ? – спросил он из пустоты.
– Что? Кто? – Я спустил тетиву.
– Госпожа. Говорят, ты с ней встречался.
– Да. Давно.
– Ну и какая она?
Следопыт выпустил стрелу. Звону тетивы вторил чей-то крик. Следопыт казался совершенно спокойным. Точно не он мог умереть через пару минут. Это меня тревожило.
– Такая, как ты и ожидаешь, – ответил я. А что еще можно сказать? От той нашей встречи у меня остались только смутные воспоминания. – Жестокая и прекрасная.
Ответ его не удовлетворил. Он никого не удовлетворяет. Но это лучший ответ, какой я могу дать.
– Как она выглядит?
– Не знаю, Следопыт. Я перепугался до чертиков. И она что-то сотворила с моим рассудком. Я видел молодую красивую женщину. Но таких везде полно.
Звякнула тетива его лука, ответил еще один вопль. Следопыт пожал плечами:
– Просто интересно.
Он стрелял все чаще. Имперцы подошли совсем близко.
Я готов поклясться, что он ни разу не промахнулся. Сам я пускал стрелы туда, где мне что-то мерещилось, а Следопыт… Глаза у него как у совы. Я не видел ничего, кроме теней на фоне теней.
