Лёгкий струг под алым ветрилом[189] медленно скользил по голубой глади реки Белки. Ярко светило полуденное солнце. По широкому провозному мосту, крепко сбитому, с восемью опорами, катились возы. Ржали кони, скрипели колёса телег. Отроки Володаревы, гридни, холопы — все переезжали в Свиноград, высившийся впереди, за речной гладью. Многие из челяди служили ему, ещё малолетнему, иные знали и помнили хорошо отца его и даже деда, Владимира Ярославича. Среди прочих отыскал и взял с собой Володарь старушку-кормилицу Аграфену. Сейчас она ехала в крытом возке и вместе с Астхик заботилась о крохотной Ирине.
Сам Володарь, облачённый в багряную свиту тонкого сукна и голубой плащ-корзно поверх неё, в горлатной шапке[190] на голове, вместе с Халдеем держался впереди обоза. Хазарин, сменивший дорожный вотол на полукафтан с высоким воротом, живо жестикулируя, рассказывал князю:
— Перед мостом, светлый князь, находится слобода, называемая Замосточьем, на том берегу — Завалье, под самым валом крепостным. Левее его — урочище Загородище. На полночь и на восход от крепости, достопочтимый князь, тянется окольный город. Он огорожен тыном на случай вражеского нападения. Шлях, по которому мы едем, ведёт через холмы и долины в самый Киев. Другой шлях пролегает южнее и выводит в Подолию, в город Теребовлю. А там уже степи половецкие. У Киевской дороги также расположен посад. Именуют тот конец — Стяги. Видишь, светлый князь, вдали высится купол? Это церковь Параскевы Пятницы.
Круг города замечал Володарь то здесь, то там между холмами обширные болота, через которые проложены были кое-где гати из брёвен и хвороста. Вдали, за окольным городом, видны были густые дубовые рощи. В них водились во множестве дикие кабаны, потому и город от обилия этих тварей назван был Свиноградом.
Меж тем Халдей продолжал:
— В этом городе лучшие во всей Руси сапожники. Могут для твоей возлюбленной изготовить черевички, о каких мечтает любая жёнка. Ещё знатные косторезы. Такие фигурки вырезают — загляденье!
Что-то уж больно старается хазарин, всё кланяется, выказывает всем видом своим преданность ему. Догадывался Володарь — метит Халдей на хлебное место тысяцкого[191] в Свинограде. Что ж, не раз выручал его тмутараканец в трудные мгновенья. Пожалуй, лучшего слуги ему покуда и не найти.
Крепость располагалась на крутом валу. Внизу поблескивал ров, наполненный водами трёх протоков Белки. Место на валу было выбрано удачно, из любой точки на забороле хорошо просматривались окрестности города. Вот только стены сами оказались довольно ветхи, кое-где брёвна городень подгнили, вниз сыпался щебень и песок. Потому первым делом разослал Володарь отроков по слободам и соседним городкам на строительство. Обещал заплатить свободным людям, холопов же приводили силой, не спрашивая их желания. Вскоре Свиноград наполнился стуком топоров, грохотом железа, скрипом гружённых доверху телег. Возили крепкий дуб, бук, щебень. Быстро соорудили новые ворота, обив их огромными листами кованой меди. В одно время с крепостным строительством обновили в детинце и княжеский дворец, сделали его двухъярусным, привезли камень — белый из Галича и зелёный с берегов Хучвы[192]. Из камня выстроили две хрупкие на вид теремные башенки. Верха их, выполненные в форме устремлённых ввысь конусов, покрыли оловом.
Непрестанно надзирая за строительством, не забыл Володарь побывать и в соседних городах. Неподалёку от Свинограда располагался Бужск, но то был городок Яро полка, зато севернее, за рощами дубовыми, окружённый густым сосняком, высился на берегах полноводной Солокии Белз — теперь, как и Свиноград, его, Володаря, владение. Городок оказался невелик, гораздо меньше Свинограда, но был вельми хорошо укреплён. Вокруг него простирались болота, между которыми на возвышенных местах густо лепились островки многочисленных селищ-посадов. Жители здесь не только ремеслом занимались, но и землю обрабатывали, на отвоёванных у болот участках росли рожь, полба, гречиха. Вблизи Белза находились богатые месторождения болотной руды, и городок славился своими кузнецами. Говорили, всю Волынь обеспечивали белжане железом.
Как и в Свинограде, всюду видел Володарь добротные бревенчатые дома, а не жалкие лачуги-полуземлянки, какие можно было встретить где-нибудь в глубинке. На лугах паслись тучные коровы, большие стада коз и овец бродили по соседству с ними, охраняемые пастухами с лохматыми собаками.
Край начинал нравиться, думалось с радостью, что вот обживётся он здесь, заключит союзы с соседями, умирится как-нибудь с половцами, а там и на большее можно будет рассчитывать. Отец владел Владимиром — об этом Володарь и его братья не забывали никогда.
Позже, осенью, побывал Володарь и в Теребовле, городе на берегу Гнезны, притока буйного Серета. Мощная крепость на земляном валу сурово возносилась ввысь. Багряно-синий прапор[193] реял над крепостной башней. Стены из бука оканчивались наверху зубцами. Теребовля была городом-сторожем, обращённым в сторону беспокойной степи.
