Хроники Dishonored. Тень Дануолла полностью

Подобно тому как Христос нес слово Божье, Чужой служит голосом Бездны, с которой слилась его душа. Бездна – единственная по-настоящему божественная, вечная сила во вселенной Dishonored. Ее посредники сменяют друг друга через жертвоприношения: алый глаз Билли достался ей от предшественника Чужого. Бездна – одновременно загробный мир и источник любой магии. Она порождает лишь разрушение, она – начало ведьм и ассасинов со сверхспособностями, и силой делится только в ответ на человеческие жертвы или руны на костях. По мнению Соколова, Бездна – это ужасный водоворот, который может поглотить мир в любую секунду и одновременно держит его на плаву. Чужого – и огромных китов, которые то появляются, то исчезают и в человеческом мире, и в Бездне, – иногда называют «левиафанами», имея в виду морское чудовище, которое поднимется из моря во время Апокалипсиса.

Бездна – одно из проявлений первозданного хаоса. Таким его видел и Г. Ф. Лавкрафт; писатель сделал центром своей вселенной бездну в облике бога. Азатот стоит на вершине иерархии внешних богов. Как и Бездна, он способен уничтожить мир за мгновение, но это существо лишено разума; его действия, будь то природная катастрофа или ядерный взрыв, невозможно предсказать. Для претворения замыслов в жизнь он использует посредника Ньярлатотепа. Тот под разными личинами внедряется в мир людей, чтобы вербовать новых слуг для спящих богов. В рассказе «Грезы в ведьмовском доме» он принимает облик Черного человека и в кошмарах велит студенту из Аркхема расписаться кровью в Книге Азатота, чтобы стать вечным слугой божества. Как и Чужой, Ньярлатотеп позволяет ужасам космоса отчетливо выразить свою волю; дает голос тем, чье существование непостижимо для человечества; его имя вплетено в мифы о лавкрафтианских богах, а имя Чужого неотделимо от рассказов о Бездне.

И тогда это место перестанет внушать страх, не будет больше особым миром, описанным в мифах о Чужом! Да, оно будет необычным, даже тревожащим. Но станет для нас всего лишь еще одной территорией для исследования и последующего завоевания.

Барноли Мулани, «Шепот Бездны»

Помимо Ньярлатотепа образ Чужого напоминает еще об одном, самом известном чудовище Лавкрафта – Ктулху. Огромный древний монстр спит в подводном городе и напускает на людей жуткие сны, чтобы те служили его замыслам. В год зарождения Чужого берега были усеяны мертвой рыбой, а движение небесных светил указывало культистам путь к мальчику. Спящий в глубинах Бездны, по ночам он является избранным во снах, кошмарами вдохновляя их на новые идеи (именно так Джоплин придумал маску Корво). С каждой частью франшизы знания игроков о Бездне расширяются. Подобно ученым Империи, подобно лавкрафтианскому страннику Рэндольфу Картеру, они идут по следам расползающегося хаоса.

Да начнется хаос

Как найти смысл в хаосе? Пытаясь усмирить его, культисты создали «монстра». Это слово означает того, кто предостерегает, несет небесное знамение. Подобно тому как греки очеловечивали природные явления (дождь, молнию, смену времен года) и придумывали богов, чтобы понимать их причины было легче, Чужой стал олицетворением Бездны. Он черпает из нее силу, но остается подвержен эмоциям: любопытству по отношению к отмеченным, отвращению к Далиле, ставшей частью его самого. Чтобы наделить Бездну новой личностью, ему пришлось пожертвовать своей. Голем из еврейской легенды оживает благодаря силе слова в его голове. Чужой же пробуждается после того, как лишился своего имени, а вместе с ним одной из важнейших сил: силы воли. Он побуждает избранных делать выбор, но сам, как ни парадоксально, остается рабом первородного хаоса, прикованный к нему с момента смерти на алтаре.

Многие боги были для человечества проводниками: помогали понять мир, законы природы и незримых сил, таких как победа или любовь; один из таких богов – Гермес. Его относят к трикстерам и, как и Чужого, считают божеством хтоническим, божеством подземного мира. Зачатый в кромешной тьме Зевсом и нимфой Майей, он часто остается в тени как бог воров и гость во снах. Он быстро занял место на Олимпе, но при этом сблизился с людьми и стал связующим звеном между небом и землей. Чужой, рожденный заново в Бездне, тоже выполняет роль проводника: ведет человечество в Бездну.