— Эдитон, я понимаю твои чувства. Будь уверен, Дамиан еще выслушает от меня все, что я думаю по поводу этой выходки. Но вынужден сказать, что он прекрасный драконий наездник, имеющий достаточный опыт и прекрасные отношения с Архосом. Мне кажется странным и недопустимым, что порвались ремни, поэтому я сейчас же поручу провести тщательное расследование. Либо это халатность слуг, либо диверсия, как бы мне ни хотелось такое признавать. В любом случае, мы найдем виновных и накажем их, — взял слово король огня.
Эдитон вновь сжал переносицу и ответил:
— Я не ставлю под сомнения навыки твоего сына. И я не хочу делать поспешные выводы, обвиняя кого-либо, кроме своей дочери в неосмотрительности. Но расследование нужно провести. Даже если это была жестокая случайность, я хочу убедиться, что наши дети в безопасности.
— Порой кажется, что наши дети сами представляют для себя наибольшую опасность, — задумчиво пробормотал Алон.
— Что ж, Имельда, отведи Тефанию в ее комнату и не спускай глаз. У меня ещё есть дела, но потом мы обсудим ее наказание, — велел Эдитон.
Так как советник и его дочь проживали при дворе, на четвертой закрытой палубе, их комнаты оборудовали, снабдив всем необходимым для постоянного проживания. В частности, по соседству с их комнатами расположились комнаты обслуги. Спальню Тефании сделали такой, какая должна быть у девочки восьми лет по мнению придворных, ответственных за интерьер: преобладал розовый цвет с деталями голубого и бледно-желтого. Раньше Тефанию это вообще не волновало, но недавно она заявила отцу, что хотела бы комнату в синих тонах — соответственно своему дару.
Едва княжна и ее няня зашли в спальню, Имельда вновь принялась распекать девочку. При всей доброте, няня была довольно строгой, но именно ее подходы к воспитанию показались Эдитону наиболее приемлемыми, так что эта женщина была почти полноценным членом семьи вот уже все восемь лет.
— Я больше так не буду, — пообещала Тефания, потупив взор.
— Ох, дорогая. Так, ты может и не будешь, но обязательно выдумаешь что-то новое, — покачала головой Имельда.
Когда промокшую Тефанию выкупали в теплой ванне, высушили и переодели, в комнату вошел Эдитон.
— Оставь нас, — мягко, но приказным тоном произнес он, обращаясь к няне.
Когда та вышла, поклонившись, он подошёл к дочери и взял ее за руки. Волны в ее глазах бурлили, словно тоже ожидали наказания за проступок. А Эдитон лишь думал о том как сильно своенравная девочка напоминает свою мать.
— Тефания, я тебя очень люблю. Гораздо больше, чем ты можешь даже представить. И я беспокоюсь за тебя. Поэтому еще раз прошу, больше никогда так не делай. А если тебе ну очень захочется что-то вытворить, поговори сначала со мной. Может быть, я тебя даже не стану отговаривать от затеи, но посоветую, как сделать лучше. Ты меня понимаешь?
— Да, пап, — и все же Тефания нервно теребила маленький кулон, который никогда не снимала.
— Это хорошо. Но я не только об этом хотел поговорить. Король Касиус предложил мне работу. В Фэрхорде, при дворе.
Отец внимательно следил за реакцией дочери. Но та лишь чуть нахмурилась, размышляя, что это может значить лично для нее.
— И надолго ты уедешь?
— Что? Нет-нет, я и не думал оставлять тебя. Король дал мне время подумать до завтра. Но если я соглашусь, конечно ты отправишься со мной. Долго ли мы будем там жить? Этого я не могу сказать. Поэтому я и решил посоветоваться с тобой.
— Ты хочешь уехать? Вы поссорились с его величеством Алоном?
— Нет, что ты. Мы поэтому все втроем утром обсуждали нюансы моего возможного оставления службы. Советник короля огня уже стар и просит выход на пенсию. Мы с королем Касиусом дружны с детства, да и Фэрхорд мне знаком… В общем, да, я не против этой работы. Знаю, здесь у тебя друзья, но там ты сможешь завести новых, а Имельда отправится с нами. Но если ты не хочешь, то мы останемся здесь.
Тефания задумчиво смотрела на отца с минуту, а затем произнесла:
— Хорошо, давай поедем. Но обещай, что принца Дамиана не накажут за сегодняшнее, он не виноват. И если уж мы будем жить в самом сердце огненного королевства, то мне можно будет иногда кататься на драконах.
— Тефания…
— Подожди. Я обещаю, что это будет не так уж часто и о каждом разе я буду тебе сообщать.
Эдитон улыбнулся и заметно расслабился. Он боялся, что дочка расстроится, но она, как и ее мать, видела в переменах не сложности, а возможности.
— Хорошо, договорились.
Глава 5
Дни празднеств подходили к концу, и Гидеон уже начал уставать от бесконечного внимания со стороны приглашенной знати из других государств.
