-Знакомьтесь – улыбнулся от всей души ИОО – Господа, желаю приятного времяпровождения. Мне, к сожалению, пора – и он вышел, притворив за собой дверь. Все так же улыбаясь, пошел по коридору, слушая то, что было красноречивее всех возмущенных криков: гробовую тишину зала заседаний.
Веревка уже была перекинута через толстый надежный сук. Инесса созерцала получившуюся композицию с удовольствием. На Сергея внимания она почти не обращала. Он, то и дело облизывая пересохшие губы, следил за разворачивающимися событиями. Этого товарища Инесса обезвредила просто: связала руки за спиной тем, что у нее нашлось. А нашелся у нее, к ее удивлению, до сих пор не потерянный неизвестно чей галстук с узором в арбузики. Эту пакость она нашла еще на месте старого лагеря, там, где они уничтожили общину оборотней. Валялся в куче рваной одежды у стены, единственная не пострадавшая из всей кучи вещь. Любопытство в очередной раз сыграло с магичкой веселенькую шутку. Но вот теперь – пригодилось…
А Джежоли улыбался. То ли он еще тормознутее, чем кажется, и не понимал, что происходящее – не веселая игра, то ли… В то, что это – закосплеенный Лис Воронов верить отказывался. Джежоли был выше и худее, да и подделать столь короткие волосы было бы сложновато. Будем, все же, исходить их мысли, что Джежоли настоящий. И что он полный идиот…
-Последнее желание? – произнесла магичка с нехорошей улыбкой
-Ага! – радостно кивнул оборотень – А можно, когда все закончится, я веревку заберу?
Инесса остолбенела, потом передвинула мысленную планку отметки дурости на несколько показателей вверх, по дороге дорисовывая новые графы. Для Джежоли обычных было мало.
-Можно – разрешила она, переглядываясь с остальным конвоем общей сложностью в шесть человек. Один из них, убедившись, что представление приближается к развязке, сделал шаг вперед, намереваясь совершенно недвусмысленно, вышибить бревнышко из-под ног осужденного.
-Нет!.. – хрипло выдохнул врач – Вы не сделаете этого!..
-Еще как сделаем! – хмыкнул активист – Довольно мне ваш Институт крови попортил! Начиная с Шафрана!..
-Шпонников, не отвлекайся – посоветовала Инесса. Ею овладело какое-то нездоровое возбуждение. Она все торопила и торопила события.
-И смотри, на этот раз сделай все как следует, а не как в тот раз, когда ты Подлунного слона крал…
На Воронова было страшно смотреть. Сергей, кажется, лишь сейчас понял, что произойдет буквально через минуту. Что-что… Он лишится единственного в мире существа, которое его искренне любит, вот что. Джежоли, в отличие от обычных пассий хирурга, не требовалось ухаживаний, дорогих подарков или красивых слов. Он просто любил этого человека, и ничего кроме этого Джежоли не интересовало. Любил, не взирая ни на что. Даже на Бэльфегора, который генерала чуть не соблазнил, кусая за уши – ну да на то он и Бэльфегор, у него моральная планка находится где-то на уровне подвала.
-Не надо!!!
-А как по мне, так очень даже надо – с мстительным удовольствием произнесла Инесса, и кивнула Шпонникову. Тот приблизился вплотную, толкнул бревнышко, и быстро отскочил.
Вэлэр уже раз триста проклял себя за идею предложить гостю развлечься за шахматной доской. И уже готов был перейти от слов к действиям.
Нет, ни в коем случае его никто не желал задеть. Как можно…
СеКрет играл в шахматы довольно посредственно. Нао, как хозяин дома, безоговорочно уступил ему белые фигуры. Впрочем, ему бы и в голову не пришло поменяться. Его «призрак» — и что-то черное? Несовместимо в принципе.
Но телепат всегда привык смотреть на доску чьими-то глазами. А сейчас Вэлэр сам же отослал Клэр, чтобы не нарушать их одиночества. Расположение фигур приходилось запоминать, и периодически телепат прикасался к ним, когда не мог вспомнить, где какая.
Вэлэр молился Аматерасу. Для него это легкое осторожное ощупывание фигур было сравнимо лишь с поеданием Даной Сэдфилл банана. А ест это чудо природы, надо заметить, редкостно виртуозно… Смотреть на сие действо не рекомендуют. По крайней мере тем, кому еще дороги их мозги как память.
Вэлэра вообще все сильнее и сильнее беспокоили некоторые моменты. Например, только сейчас он сообразил, что утром за завтраком, во время обычной беседы, самолично согласился на просьбу гостя показать ему то, что находилось вокруг. Выйти за пределы дома. Вэлэр, разумеется, знал, что там, с точки зрения эстетики, есть на что полюбоваться. И с гордостью ждал, когда ему сообщат, какое же отличное место для своего дома он выбрал. Но ведь изначально он не рассчитывал вообще выпускать пленника за пределы его комнаты, в идеале, спальни… И ведь телепатией, чтобы внушить крамольные мысли, лейтенант совершенно точно не пользовался. Просто попросил. И Нао не смог ему отказать.
