– Вы, должно быть, имеете в виду Чи-Мея? – Глемм перекинул за спину свой роскошный плащ с алым подбоем. – Ох уж эти тонкокостные азиатские хлыщи. Так много снобизма, так мало мастерства.
Я начал взбираться по лестнице, стараясь расслабить ноющие мышцы перед боем и при этом не упустить ничего, что происходило вокруг. Засевший на крыше Омлак Кэр повернулся в мою сторону и быстро выпустил арбалетную стрелу. Я успел отскочить и вжаться спиной в стену, так что болт просвистел мимо и клюнул острием булыжник мостовой. Во второй раз за вечер Кэру со мной не повезло.
– Омлак, болван! – яростно взревел Глемм. – Какого дьявола ты творишь?! Этот человек – мой.
– Не вижу на нем клейма дома Дэйра! – огрызнулся Омлак Кэр, и его длинная коса дернулась, как извивающаяся змея. – Мы все Охотники, и наши права на добычу равны!
– Хочешь бросить мне вызов? – прошипел герцог.
Никто так и не узнал, что ответил бы на это прославленный снайпер (полагаю, не стал бы идти на открытый конфликт, хотя дерзость его слов поражала – видимо, Глемм и впрямь старел, теряя свой авторитет), но морозный воздух рассекла стрела, выпущенная из лука. Острие вонзилось Кэру в левое плечо. Оглянувшись, я увидел Клауса и Уолли, появившихся из затененного прохода между двумя покосившимися хибарами. Уолли быстро наложил новую стрелу и послал ее в раненого врага, но тот уже успел укрыться за зубчатым каменным парапетом.
До чего приятно было видеть друзей живыми и невредимыми! Вдохновленный, я стремительно взлетел по лестнице и оказался лицом к лицу с герцогом. Лунный свет заливал крышу, играя на полированном металле его черных доспехов. Краем глаза я видел, что Фроки и фон Брокк продолжали биться, но шаг за шагом мой друг отступал к краю балкона. Мне даже подумать страшно было, какого напряжения сил стоила ему эта схватка. Однако у меня и собственных проблем хватало. Подняв тяжелый фламберг, я принял оборонительную стойку и прямо взглянул Глемму в глаза – в узкую щель его массивного крылатого шлема.
– Когда мы встретились впервые, – медленно проговорил вампир, – я и представить не мог, что однажды нам предстоит сойтись лицом к лицу в честном бою. Вы тогда отнюдь не показались мне могучим воителем.
– В честном бою? – я хрипло рассмеялся, невольно копируя зловещую манеру Чи-Мея. – Вы называете это честным боем? Вы закованы в латы, а на мне лишь туника, не способная защитить даже от холода. Вы свежи и полны сил, а я изможден предыдущими схватками, и, признаюсь, с трудом держу этот тяжеленный меч. В конце концов, вы вампир, и превосходите меня силой в несколько раз. Так где же тут справедливость? Давайте признаем – как вы и сказали, я действительно не являюсь могучим воителем, но и вы вовсе не честный боец!
– Каждому из нас приходится играть с теми картами, которые сдала судьба. Разве это не справедливо?
– Очевидно, вампиры просто не понимают значения слова «справедливость».
– Но ведь и вы совсем недавно были вампиром, – в его голосе сквозила ирония. – Неужели за последние дни вас постигло внезапное озарение?
– О, я в самом деле научился кое-чему новому. Научился ценить чужую жизнь. Научился доверять ближним и заботиться о…
– Избавьте меня от этой патетической чуши, – Глемм нервно дернул плечом, закованным в броню. – Надеюсь, за столь многочисленные откровения вы не расплатились фехтовальными навыками?
– Сейчас проверим! – я дерзко атаковал из защитной стойки, и сталь гулко лязгнула о сталь.
– Неплохо для изможденной жертвы, – бросил Глемм, контратакуя. – Но все же не вампирский уровень.
Я с трудом парировал его выпад, волна боли так и прокатилась от кисти до плеча. Но орудие герцога было тяжелым и плохо подходящим для фехтования, так что я решил придерживаться той же тактики, что и в бою с Мордраксом – стараться уходить от ударов, вместо того чтобы их блокировать. Со следующими двумя я так и поступил, но третий удар пришлось принимать на клинок. Фламберг загудел, как разгневанное живое существо. Отведя моргенштерн вправо, я резким скачком оказался сбоку от герцога и полоснул его мечом – доспехи надсадно скрипнули, но выдержали. Похоже, пробить этот панцирь сможет лишь мощный колющий удар…
Глемм взревел и взмахнул своей шипастой дубиной, но я отпрыгнул, разрывая дистанцию.
– Неужели вы на что-то надеетесь? – голосом, искаженным злобой, прохрипел герцог.
Я ничего не ответил. Лишь приблизился (ноги расслаблены, дыхание ровное) и еще пару раз проверил на прочность его оборону. Эх, если бы не доспехи… Внезапно герцог вскинул край своего просторного плаща – классический отвлекающий маневр, знакомый мне еще с детства – а мгновение спустя на то место, где я стоял, обрушился смертельный удар моргенштерна, вырвавшегося из-под прикрытия развевающейся ткани. Но меня там уже не было. Каждое его движения я знал наизусть с детских лет. Глемм яростно взревел.
– Фехтовать в тяжелых доспехах несподручно даже вампиру, не так ли? – ухмыльнулся я с безопасного расстояния.