Она вышла на улицу и, увидев его сидящим за рулем, села в машину с другой стороны – как можно дальше от него. На сторожевом посту он остановился и предъявил охране свой пропуск.
– Вы въехали в Ашраф один. Кто эта женщина?
– Старший офицер МЕК, переодетая для миссии под прикрытием.
Охрана отдала честь и потянула за рычаг. Ворота открылись.
– Спасибо, что не назвали мое имя, – сказала она, когда они миновали пост охраны.
Он ответил, глядя прямо перед собой:
– Лишнее любопытство ни к чему.
– Я ценю вашу осмотрительность.
Он вынул из кармана пачку сигарет. Предложил ей, но она покачала головой. Он прикурил от золотой зажигалки и глубоко затянулся.
– Эти штуки убивают людей, – сказала она.
– Как и сибирская язва.
Она остолбенела.
– Вы знаете про наше оружие?
– Я разгадал вторую загадку. Катрен «ЧТО» из пророчеств Тедеску.
– Не верю. Там все так зашифровано.
– Я все расшифровал. Слушайте.
– А как вы догадались, что это сибирская язва?
– Стригали овец и сортировщики шерсти часто контактируют с естественным возбудителем язвы от перхоти, так что им приходится делать прививку. Сибирскую язву нередко называют заразой стригалей.
«А он умен, – подумала Фатима. – И притом не выпячивает свое «я».
– Вам это было легко, потому что вы прятались среди нас, как говорится, на видном месте.
Он пожал плечами.
– Я же сказал, это было несложно.
– А ваши люди с таким же успехом расшифровали первый и третий катрены: «ГДЕ» и «КАК»?
– Часть «ГДЕ». Три города, но не конкретную цель в третьем. Последняя загадка пророчества – «КАК» – это, как выразился Уинстон Черчилль, «загадка, завернутая в тайну внутри головоломки».
Ей становилось все сложнее испытывать к нему презрение. Он был не только хорош собой, но и образован. Ей не хотелось этого признавать, но он пробуждал в ней давно дремавшее женское чувство.
Она решила сидеть молча, чтобы не выдать охватившего ее волнения. Выглянув в окно, она оторопела.
– Это же курдская территория! Зачем мы здесь? Если Пешмерга нас поймают, нам конец.
– Расслабьтесь, – сказал он. – Они теперь дружат с Америкой. Курдистан, Иран и Израиль – единственные нации на Ближнем Востоке, которые активно используют женщин-солдат. Если Пентагон убедит Госдепартамент удалить МЕК из списка террористов, курды станут и вашими союзниками.
– Иншалла.
– Да, на все Божья воля.
Когда они подъехали к короткой взлетно-посадочной полосе, Фатима увидела небольшой реактивный самолет.
– Вот так вы вывезли Рэйвен?
– Об этом я говорить не могу.
К машине приблизились двое мужчин в масках.
– Не пугайтесь, когда они наденут на вас капюшон, – сказал он.
Они надели на нее капюшон, и ей это не понравилось.
– Вы мне волосы спутаете.
Раздался смех из-под масок.
– У нас нет на борту парикмахера, но если хотите, я заплету вам косы.
Омар помог ей выйти из джипа. Она отстранила его руку.
– Не трогайте меня.
– Окей. Тогда не жалуйтесь, если упадете.
Она застыла в нерешительности, а потом взяла его за руку.
– Простите. В нашей культуре укоренилась неприязнь к прикосновениям незнакомых мужчин.
Он не только взял ее за руку, но и приобнял ее за талию. Когда он помогал ей подняться в самолет, его рука надавила ей на грудь. Она решила, что не стоит устраивать сцену. Должно быть, американки давно привыкли к такому. Как бы с ними ни обращались, они этого заслуживают.
Дверца захлопнулась. Рашид снял мешок с Фатимы.
– Желаете сесть у окошка?
– Предпочитаю у прохода.
Она позволила ему проскользнуть первым, чтобы он не обтирался об ее ноги. Затем она села, сжимая колени.
Он взглянул на ее ноги и сказал:
– Помните, я мусульманин. Я ни за что вас не обижу.
– Как я понимаю, мужчины-сунниты, в отличие от шиитов, не очень-то считаются с чувствами женщины. Они, почти как американцы, считают женщин личной собственностью, пригодной только для секса и рождения детей.
Он улыбнулся.
– Что ж, учитывая мое двойное гражданство – американо-иранское, – я должен быть двойным сексуальным деспотом.
Его насмешливая манера забавляла ее. Он был не только хорош собой. Он был еще и мусульманином.
– Так кому же вы верны?
– Обоим: и стране, и зову плоти. А вы?
Она почувствовала жар в щеках. Рев самолетных двигателей избавил ее от необходимости что-то говорить. Самолет разгонялся по взлетной полосе. Затем взмыл в воздух. Колеса убрались в корпус. Она расслабила ноги, развела колени. И встревожилась. Это ее подсознание? Надо перевести разговор на другую тему.
– Вы родились в Соединенных Штатах?
