— То-то и оно. Теперь понятно, что случилось с этим беднягой. Он оказался у воды в жаркий денек и захотел окунуться. Разделся на том самом камушке, где мы сидели, нырнул и…
— Ой, не надо! — воскликнула Люси, — Мне страшно.
— Мне и самому страшновато, — признался Эдмунд. — Мы были на волосок от смерти.
— Точно сказано, именно на волосок, — подхватил Рипичип. — Всяк мог окунуть в эту воду палец, ногу, ус или, скажем, хвост.
— Сейчас проверим, так ли обстоят дела, — с этими словами Каспиан обломил с куста ветку, осторожно опустился на колено и погрузил ветку в воду, а когда вытащил, все увидели у него в руках ветвь из чистого золота.
— Король, владеющий этим островом, станет богатейшим государем мира, — торжественно изрек Каспиан, раскрасневшись от возбуждения. — Сим провозглашаю, что отныне и во веки веков земля эта будет принадлежать Короне Нарнии и да наречется она Островом Золотой Воды. Также повелеваю хранить существование золотого источника в строжайшей тайне и под страхом смерти запрещаю рассказывать о нем кому бы то ни было, даже Дриниану.
— Кому это ты запрещаешь? — вскинулся Эдмунд. Забыл, что я не твой подданный? Уж коли на то пошло, скорее наоборот. Я — один из четырех древних государей Нарнии, а ты всего лишь вассал верховного короля, моего брата.
— Вот оно как, король Эдмунд?! — гневно вскричал Каспиан, хватаясь за рукоять. — Пусть меч рассудит, кто из нас прав!
— Сейчас же перестаньте! — топнула ножкой Люси. — Ну почему все мальчишки такие — чуть что, сразу в драку? Ой!.. — Ее «ой» прозвучало так удивленно, что все невольно проследили за взглядом девочки. И остолбенели.
Выше по склону бесшумно ступал по серому вереску огромный Лев. Солнце уже вновь скрылось за облаками, но он ярко светился сам по себе. Никто никогда не видел такого огромного льва. Впоследствии Люси уверяла, что он был ростом со слона или уж, в самом крайнем случае, чуть-чуть поменьше — с ломового битюга. Но не размер зверя напугал компанию — все поняли, что перед ними Эслан.
В то же мгновение Лев исчез, будто его и не было, а спутники растерянно уставились друг на друга.
— О чем это мы с тобой спорили? — спросил Каспиан. — Кажется, я городил какую-то ахинею?
— Ваше величество, — вмешался Рипичип, — на этом озере лежат чары. Прошу вас, давайте поскорее вернемся на корабль. И должен сказать, что, будь мне предоставлена такая честь, я нарек бы это место Островом Мертвой Воды.
— Не совсем понимаю, почему, — отозвался Каспиан, — но твое название кажется вполне подходящим. Так же, как и совет вернуться. Погода улучшилась, думается мне, Дриниану просто не терпится сняться с якоря. Ох, и понарасскажем мы ему!..
Но рассказать удалось не так уж много — выяснилось, что все случившееся за последний час вспоминается с трудом, как-то смутно и путано.
— Их величества вернулись, — говорил Дриниан Ринсу несколько часов спустя, когда Остров Мертвой Воды уже скрылся за горизонтом, — и выглядели они прямо-таки околдованными. На острове с ними приключилось что-то странное. Я только и понял, что они вроде как нашли тело одного из гсх семи лордов, которых мы ищем.
— Это не так уж плохо, капитан, — откликнулся Рине. — Трое найдены, значит, осталось отыскать четверых. Если дело не застопорится, можем вернуться домой вскоре после нового года. Оно бы неплохо, а то у меня табак на исходе. Ну ладно, капитан, спокойной ночи.
Вскоре ветер, так долго дувший с северо-запада, переменился на западный, и теперь каждое утро на заре резной нос-корабля смотрел прямо на восходящее солнце. Некоторые утверждали, что светило здесь крупнее, чем в Нарнии, но многие не соглашались. А пока шли споры, «Поспешающий к восходу» плыл себе и плыл, подгоняемый не слишком сильным, но ровным, не стихающим ветром. Нигде не было видно ни берега, ни другого корабля, ни даже чайки. Запасы таяли, и в сердца снова начала закрадываться тревога: а вдруг морю просто-напросто нет конца? Но в то утро, когда почти отчаявшиеся путники стали поговаривать о возможном возвращении, меж ними и восходом, словно прилегшее на поверхность воды облако, показалась земля.
Днем корабль вошел в широкую бухту, причалил, и путники высадились на остров, сильно отличавшийся от виденных ими прежде. Он казался необитаемым, ибо когда пересекли песчаное побережье, то столкнулись лишь с пустотой и безмолвием. Однако там имелись лужайки с такой гладкой, ухоженной травой, какую можно встретить лишь возле домов английской знати, где за каждым газоном смотрит по десятку садовников. Деревья — их было совсем немало — росли на равном расстоянии одно от другого, на земле не валялось ни сломанных веток, ни даже опавших листьев. И при этом не было слышно никаких звуков, кроме воркования голубей.
Со временем вышли на длинную прямую аллею, обсаженную деревьями и аккуратно посыпанную песком. Она вела к приземистому серому дому, выглядевшему в мягком свете послеполуденного солнца на удивление мирно.
