— Мощно, — заметил Кащ, — а куда? Я тоже хочу записаться. Говорят, у нас в главном корпусе в этом году зал откроют. Можем вместе ходить.
— Да, — снова сказал Иван.
И в этот момент, внезапно выделившись из общей толпы, к нему подошла невысокая, пухленькая девочка с высветленными до желтизны волосами. На ней были какие-то нелепые джинсы расшитые аппликациями с цветами и оранжевая кофта ажурной вязки, обтягивающая пышную грудь. Девочка широко улыбнулась и прощебетала писклявым голоском:
— Вань, я в столовую, ты идешь? Тебе взять запеканку?
— Я сам, я скоро приду, — тихо ответил Иван.
Вместо ответа девочка с силой притянула его к себе и вдруг крепко и основательно поцеловала в губы, совершенно не стесняясь никого вокруг. С минуту они целовались у всех на виду, а когда, наконец, разлепились, она игриво взвизгнула и побежала вверх по ступенькам в здание колледжа.
При виде этого зрелища мы трое пооткрывали рты. Первым нашелся Кащ и воскликнул:
— Ты попал, чувак! Какая запеканка…бери омлет, не ошибешься!
— Ваня, а кто это? Твоя девушка? — проговорила я, не веря своим глазам.
— Это качалка, — тихо, так чтобы слышала только я, ответил он. Затем бросил сигарету, затушил ее носком кроссовки и, не глядя на меня, пошел за девчонкой.
В последующие несколько дней, как и в конце прошлого учебного года, Иван избегал меня. Он редко ходил на пары, при встрече только здоровался и с жутко деловым видом проходил мимо. И я не знала, как мне вести себя с ним и о чем разговаривать, учитывая последние события моей жизни, поэтому даже не настаивала на общении.
Оля и Кащ тоже сильно изменились за лето. Оба начали подрабатывать и зарабатывать. Оля теперь была администратором в недавно открытом в нашем городе первом боулинг-клубе, а Саня в этот же клуб устроился барменом. Ну как барменом, помощником бармена — собирал посуду со столов, откупоривал бутылки, приносил небольшие заказы и все такое прочее. Но он искренне считал, что это его первый шаг к главной мечте — открыть когда-нибудь собственный бар.
Кроме того оба записались в автошколу, и теперь прогуливали пары под предлогом того, что им надо на вождение. Они постоянно вели разговоры, типа:
— Ох, я так боюсь заглохнуть на эстакаде!
— Там дают две попытки. Если заглохнешь, попробуешь еще раз.
— А сколько заглыханий можно допустить в городе?
Было ясно, что теперь мои друзья стали серьезными и деловыми. У Оли даже появился служебный пейджер, на который то и дело приходили многозначительные зашифрованные сообщения, что-то вроде — «06.09.19-00-2-VIP», которые она аккуратно фиксировала в пухлый ежедневник. Все их интересы отныне сводились только к работе и деньгам.
Когда я рассказала Оле, что все лето провела в компании Насти, Кати и «Монстровой» тусовки, а еще мучима страданием по Д., она пристально посмотрела на меня и сказала:
— Извини, мать, но мне кажется, ты поглупела! Твои подруги — ведьмы неформалки тянут тебя в какой-то порочный мир!
Я не обиделась. Я решила, что она просто не понимает. Я знала, что мой мир гораздо интереснее и ярче их нового мира. Я верила, что скоро тоже смогу зарабатывать деньги, и не какой-нибудь там торговлей или обслуживанием, а своим творчеством. И хотя это очень трудно, я все равно буду идти к своей цели, а найти скучную работу по уборке столов, если понадобится смогу в любой момент. Поэтому я решила не обращать внимания, не завидовать их заработкам, продолжать отлично учиться и не прогуливать. Уж этим Оля и Кащ точно не могли похвастаться.
Спустя неделю после начала учебного года, мы с Катей пришли в гости к Насте, и я поведала им все новости своих друзей. Настя сделала очень серьезный вид и сказала:
— Фу, мерзкая идиллия!
— Почему идиллия? И почему мерзкая? — удивилась я.
— Идиллия, потому, что каждый нашел, что искал. Твой Ваня нашел себе девушку, которая его не стесняется, а Оля и Саня нашли легальный отмаз от учебы, теперь у них есть уважительные причины. И все счастливы. А мерзкая, потому, что они этим кичатся! — растолковала Настя.
— Иван не кичится, мне показалось, что он стесняется ее, — сказала я.
— Тем хуже для него! Пусть поймет, что ты чувствовала тогда, — ответила Катя.
— Я не чувствовала стеснения, я его почти любила. Это совсем другое!
— Да точно такое же! Это как в серии «Секса в большом городе», про тайных любовников. Некоторые люди предпочитают скрыть свои отношения от друзей и близких, потому, что стесняются, считают, что этот партнер им не подходит по разным веским причинам! — объяснила Катя.
— Точно! — вдруг вскричала Настя, — Я поняла, почему Илья меня бросил! Он посчитал, что я недостаточно хороша для него.
— Это он для тебя не хорош! — сказали хором мы с Катей.
