Мы неслись по слабо освещенному широкому коридору, лавируя между все прибывающими компаниями неформальной молодежи, вокруг стоял гул из множества голосов и музыки доносящейся из зала. В воздухе уже висело облако сигаретного дыма, и это притом, что курить в коридоре, было запрещено. Катя вертела головой по сторонам, выглядывая предмет своих мечтаний. А я смотрела под ноги, сердце предательски билось в груди с утроенной скоростью. Он сказал «рад тебя видеть», он сказал «поговорим с тобой»! Нет, нет! Никаких «поговорим», я уже решила, что наше общение закончено. По крайней мере, до тех пор, пока его образ внушает мне нездоровый трепет.
Погруженная в свои невеселые мысли я с разбегу налетела на чью-то высокую фигуру, идущую навстречу.
— Ой, — вскрикнула я и подняла глаза.
Это был Макс.
Он рассмеялся, легко поднял меня, словно ребенка, чмокнул в висок и поставил обратно на пол.
— Вы куда так несетесь? — весело спросил он, — Не меня ищете?
— Привет, Макс, — спохватилась Катя, — мы ищем Костю Пряничникова из «LastWinter»! Не знаешь, где они могут быть?
— Они сняли заявку, не будут играть. У них вроде ударник заболел. А вообще не знаю, приехали они или нет.
Катя мгновенно погрустнела. А Макс продолжил:
— А у меня сегодня день рождения! И еще одна вечеринка в «Диггере», нужно отстоять сет, а потом на хату к Коле — отмечать! Приглашаю вас! Вы как, согласны?
— С днем рождения! — Катя поспешно бросилась его обнимать.
— Да, с днем рождения, Макс! Я пока не знаю, мы тут с Настей и Ильей… — растерянно сказала я.
— Ладно, еще увидимся, — сказал он, махнул рукой и скрылся так же стремительно, как и появился.
— Ты чего у своего Желткова не спросила, сколько ему стукнуло! — затормошила меня Катя.
— Да, какая разница?! Ты слышала, он сказал, что твой Костя выступать не будет. Вот где трагедия! — ответила я.
— Брось, Ник! Не будет и не надо, я не уверена, что мне бы понравилось его пение, я лучше его в институте выловлю, — сказала Катя.
Мы дошли до конца коридора и уперлись в импровизированную курилку — отгороженную часть гардероба с распахнутыми окнами. Там было холодно и многолюдно. Мы встали в уголке и закурили.
— Кать, если не хочешь, можешь не отвечать, но давно хотела тебя спросить, почему все твои «принцы» носят такой мифический характер. Они вообще существуют? — спросила я.
— Существуют, конечно! Просто, как бы сказать, по правде я никогда по — настоящему не влюблялась и не знаю каково это. Наверно поэтому у меня ни с кем ничего такого близкого не было. Я просто не чувствую… Я не знаю, притяжения что-ли. Мне нравится сама эта игра, следить, выискивать, воздыхать, но на этом все и заканчивается, — искреннее сказала Катя.
— Зато не размениваешься по мелочам! Ты молодец! — сказала я и обняла подругу.
В этот момент я услышала над ухом знакомый голос:
— Ух, а меня можно так же?
Это был Семен. Десантник и друг Д. Веселый парень с бирюзовыми глазами.
— Семен! — воскликнула я, — Ты тоже здесь! Познакомься, это Катя. Катюша, это Семен.
Семен встал по стойке смирно.
— Страшно рад! — довольно сказал он, пожирая глазами Катин корсет.
— Взаимно! — ответила Катя, и мне показалось, она смутилась, чего я за ней никогда раньше не замечала.
— Фокус хотите?! — спросил Семен.
— Сема, давай вместе?! — подбодрила я его.
Он обрадовано кивнул. Мы встали с ним рядом и синхронно продемонстрировали Кате фокус с «отрывающейся» фалангой большого пальца.
Катя рассмеялась. А я стала искать глазами Макса, в надежде, что он вернется, чтобы еще немного пообщаться перед началом концерта. Может быть, все-таки стоит воспользоваться его предложением и пойти на вечеринку?
— Сема, — спросила я, — а ты же был на вечеринке у Мауса на день города?
— У Макса? — переспросил Семен, ошалело улыбаясь.
— Да, у него, как там было? Тебе понравилось?
Он секунду повращал глазами, вспоминая.
— Да, угарно. Куча народу, куча девок. В каждой комнате «трахомарафон», — ответил, наконец, он.
— Что? — хором поразились мы.
— Я не участвовал! — скромно потупил взор Сема, видимо решив, что сболтнул лишнего.
— Вот тебе и маньяк Желтков! — изрекла Катя.
— Фуу! — протянула я, — Шайка извращенцев!
— Да, ладно вам, — ответил Сема, — я пошутил, на самом деле все скромно пили какао и слушали классическую музыку… Голые!
Катя шутливо замахнулась и шлепнула его по плечу.
— Не хочу больше этого слышать! Пойдемте лучше в зал, — сказала она.
Семен взял нас за руки, словно воспитатель малышей и повел в зал.
У входа в зал мы встретили Настю, которая подозрительно косясь на Семена, напустилась на нас:
— Вы где пропадали? Бросили меня там!
— Ты же с Ильей была, — ответила Катя.
— Была да сплыла, — буркнула Настя.
— Шо? Опять!? — воскликнула я, — Снова поссорились?
— Там какие-то девицы его гипс лапали, я психанула и ушла, — пояснила она.
— Забей! — махнула я рукой, — Ты помнишь Семена? Семен, это Настя, Настя — это Семен.
