— Только благодаря твоему мастерству и твоим зельям! — низко поклонился я. — Всю жизнь твою доброту помнить буду, вовек не забуду, коли помощь какая понадобится, завсегда приду и сделаю всё, что в моих силах.
Слова эти я не сам придумал, слышал от сказочников-балагуров, что изредка забредали в нашу деревню. Но брату Гримару они пришлись по душе, он чуть расправил складки на своем лбу, покивал и сказал:
— То-то же! Только на лечение твоей раны ушла сила всего ядра и даже сверх того. Теперь ты слабее своих приятелей, и толку от занятий в оружейной будет немного. И… осторожен будь. Для столь слабого новуса у тебя слишком много недругов.
Я лишь вздохнул. А что я мог сделать? Если я попрошу у командора прощения, тот вряд ли передумает. Хотя, может, к тому ножу на турнире он непричастен? Командор же всегда действовал через брата Арноса и не так прямо. Или он отчаялся и отыскал для меня убийцу? В культ тому не пробраться, потому Арнос и назвал мое имя для участия в бою… Или я попросту надумываю лишнего? Но кто еще может желать моей гибели? Вроде я больше никому дорогу не переходил.
— От всего сердца благодарю тебя, брат Гримар. Поставил ты меня на ноги, пришла пора возвращаться в свою келью.
Лекарь явно о чем-то задумался. Его взгляд то и дело ускользал куда-то в сторону, упирался в одну и ту же точку. Он чуть подрагивал, будто собирался что-то сделать, но всякий раз сомневался, а стоит ли.
— Скоро буду крыс ловить в либрокондиуме. Если нужно, могу потом здесь их половить, — сказал я просто, чтобы что-то сказать.
Видать, эти слова и стали последней каплей. Брат Гримар сорвался с места, дотянулся до верхней полки, взял бутылек, вытряхнул оттуда что-то и протянул мне. Я подставил ладонь и увидел на ней крошечный красный камушек, переливающийся в неровном свете лампы. Ядро кровавого зверя!
— Сегодня ночью съешь! И каждый день бейся в оружейной, как никогда до того не бился, до последней капли выжимай себя! Следующее ядро вы получите в начале осени, и надобно, чтобы ты растратил силу этого до той поры. Если думаешь, что не сумеешь, лучше оставь, иначе может быть худо. В старых книгах…
— Брат Гримар! — растрогался я и крепко сжал пальцы. — Не знаю, чем заслужил такую милость…
— Милость, — пробурчал старик, но его морщинистый рот так и расползался в улыбке. — То не твоя заслуга, а командора. Поперек горла встал! Сам adeptus, а смеет указывать sapiens. Возомнил, что его должность выше мастера-алхимика!
Гримар замолчал, глянул на мою сжатую руку и тихо добавил:
— И, малец, уж не серчай на Арноса. Это он провел твоих друзей ко мне и попросил тебя вылечить. Рана слишком тяжела была, и сам бы я не взялся… Новусы с одним ядром не выживают после такого, зелье бы вытянуло из них саму жизнь.
Напоследок брат Гримар отдал старую черную робу, ведь моя одежда вся пришла в негодность, поди, валялась в той куче тряпья. В келье у меня лежало кое-что про запас, а недостающее можно купить через Фалдоса в городе.
Дорогу от лекаря я знал только через оружейную, потому поплелся прямиком туда, еще из-за двери услыхал стук деревянных палок и окрики Арноса и невольно улыбнулся. Эти каждодневные уроки настолько въелись под кожу, что их отсутствие угнетало меня. Сейчас я, конечно, слишком слаб, но завтра начну всё заново!
Когда я вошел, стук сразу прекратился, и на меня уставились все новусы и один адептус.
— Так ты живой? — произнес наконец Ренар. — Нам сказали…
— Рожа тоже заросла, — перебил его Фалдос, — только истощал сильно.
Я пощупал подбородок. Пока волос там было немного, и вряд ли он говорил о бороде с усами.
— У брата Гримара чудесные зелья, — улыбнулся я и поклонился до земли перед ребятами. — Спасибо, что не бросили, что дотащили до замка, что позвали лекаря. Жизнью теперь обязан.
— Не выдумывай! Ты помог нам победить в турнире! — заявил Фалдос.
Я вспомнил про Лукара, того новуса, который проиграл с нашей стороны, поискал его взглядом, но не нашел.
— А Лукар… — и с ужасом посмотрел на Фалдоса. Неужто и впрямь утопил в поганом ведре.
— Его потом нашли, — ответил Ренар, — мертвым. Зарезали, как и…
Он замолчал, но я и так понял, что он хотел сказать. Зарезали, как и меня.
Я мало что знал про Лукара, но у него вроде бы не было споров с командором. Лукар из благородного рода, к тому же поначалу он ходил под Фалдосом, как впрочем, и все остальные новусы, выбранные на турнир, кроме меня и Ренара.
— И кто же это сделал? — спросил я, но тут же спохватился: — Наставник Арнос, брат Гримар велел мне сегодня отдыхать, потому как рана до конца не вылечилась, но завтра я непременно приду на урок.
Успею еще наговориться с братьями, нельзя им мешать впитывать силу ядра. Это я нынче безъядерный.
В келье я просидел недолго, дождался нужного времени и отправился в трапезную. Почти забытое чувство голода вновь начало терзать меня, и я едва дотерпел до прихода слуг. Братья новусы, источая сильный запах пота, ввалились гурьбой, расселись, и Фалдос первым начал расспрашивать, не видел ли я убийцу.
