Записи шли, конечно же, на истинном языке, впрочем, для Брадоса это был тот язык, на котором он говорил. Только чтец нам достался не очень, читал он медленно, запинаясь, и часто произносил слова неверно, брат адептус его поправлял, сбивая нас с мысли, или говорил, что это слово означает на фалдорийском. Потом чтеца сменил следующий новус, за ним — третий. Когда черед дошел до меня, я понял, в чем хитрость. Буквы тут были выписаны с особым тщанием и обилием завитушек, совсем не так, как в первокниге, и пока сквозь них продерешься, уж забудешь, что прочитал перед тем.
Брадос, или тот, кто писал этот труд, повел рассказ со смерти того человека, который обучал основателей шести нынешних культов, а о прошлом поведал весьма кратко. Я узнал, что тот кустос из самого первого культа набрал не шестерых последователей, а примерно человек двадцать, но некоторые из них погибли на хребте, другие разочаровались и ушли, третьи не сумели подняться выше новуса. Причем замысел того кустоса заключался не в разделении наследия на разные культы, а лишь в разделении обязанностей. Он думал, что его наследники создадут новый единый культ и будут жить в мире и согласии.
Но тяжелые времена продлились дольше, чем он полагал. Огромную империю раздирали межусобные войны, утратилось наследие не только культа, но и престола. Всякий более-менее толковый военачальник объявлял себя новым императором, откуда-то из провинций выползали люди и заявляли, что они — носители крови императорской династии. Кто-то называл себя бастардом последнего правителя, кто-то — внуком бастарда, кто-то потомком двоюродной бабушки. Некоторые исчезали, едва успев появиться, другие находили поддержку и держались чуть дольше. В этих междоусобицах гибли последние новусы и адептусы старого культа.
Если Брадос или кто-то другой из основателей попытался бы собрать новый культ, его бы сразу втянули в эти кровавые игры. Они решили временно разойтись, чтобы отыскать учеников и тихо передать им свои знания. У них не было ни замков, ни земель, ни богатств, только собственная сила и учение, оставшееся от старого культа.
Поначалу Брадос бродил от поселения к поселению, выбирал толковых парней, обучал их, а жил тем, что помогал убивать кровавых зверей, что тогда разошлись далеко от хребта по всей стране. Воинам было не до обороны крестьян, они сражались меж собой за власть, и кровавые звери безнаказанно вырезали скот и людей.
Один из городов, которому помог Брадос, предложил хлеб и кров в обмен на защиту, и Брадос согласился. Он к тому времени уже изрядно состарился и хотел где-то осесть.
На этом урок и закончился.
После вечерней трапезы я всё же пошел в либрокондиум. Да, брат Илдрос предал мое доверие и поведал мою тайну магистру, я чудом остался жив, и мне хотелось услышать, что он скажет.
Старик сидел за тем же столом и в той же позе. Огонек свечи слабо мерцал за стеклом фонаря, и сама комната выглядела еще темнее и мрачнее обычного.
— Брат Илдрос? — тихо позвал я.
Древний кустос поднял голову и махнул рукой на место подле себя. Впервые он предложил мне сесть! От него это уже почти извинение.
— Ты хороший мальчик, — после долгого молчания сказал Илдрос. — Крысы больше не грызут мои книги.
Я промолчал.
— Такое иногда случалось и прежде. Кто-то находил кладбище культа и осквернял могилы, причем тот, кто знал, что ищет. И всякий раз культ находил этих людей и вырезал их подчистую, чтобы это знание не уходило дальше, но это было непросто. Украденные ядра всплывали не сразу. Порой адептусы и сапиенсы месяцами выискивали людей со спиритусом. Потом искали тех, кто им продал это ядро. Самых глупых ловили при повторной попытке залезть на кладбище. Но это долго! А я могу умереть в любой день. Я не хочу, чтобы мое дерево срубили, чтобы вытащили мои кости, чтобы копошились в моем черепе.
Снова тишина.
— После твоего рассказа именно я попросил, чтоб проверили кладбище. И был прав. Его снова отыскали.
— Почему бы не приставить к нему охрану? — не удержался я.
— Охрана — значит что-то ценное. Обычный люд не задумывается, для чего им кладбище культа, и пусть так будет и дальше. К тому же наше кладбище хорошо спрятано. Оно не огорожено, как обычное городское, и затеряно среди окрестных лесов. Поди, пойми, почему там дубрава, выросла сама по себе или посажена над могилами.
— Но кто-то же нашел!
— Кто-то нашел. А мы найдем их. Твоей вины в том нет, не ты же копал, не ты продавал или покупал… Потому я и вступился. К тому же, в том есть польза и для тебя! Командор попал в немилость к магистру и в ближайшее время не осмелится тебя трогать. Хотя бы пока не утихнет эта история.
Да, это хорошо. Главное, чтобы магистр меня тоже не трогал.
— А еще я нашел для тебя то, что поможет поскорее усвоить третье ядро.
Старик пододвинул ко мне стопку сложенных листов. Я с сомнением посмотрел на него. Как бумага поможет мне стать сильнее?
— Возьми к себе в келью и внимательно посмотри. Может, что и пригодится.
