— В твоих словах, Лурик, есть разумная искра, и я без сомнения последовал бы твоему совету, если бы не злодеяние, свершившееся на турнире. — И повысил голос: — На моем турнире, куда были приглашены самые знатные и благородные рода всей страны! Слишком велика твоя злоба к случайному мальчишке! Ни Арноса не пожалел, ни…
Он замолк, отпил из кубка и уже спокойнее продолжил:
— К тому же, за него вступились люди, стоящие выше тебя по званию. Брат Гримар, брат Илдрос, в знак уважения к вашим заслугам перед нашим культом я сохраню ему жизнь, но велю присматривать. При малейшем подозрении в измене он понесет суровую кару. И, брат Илдрос, я осознал свою ошибку, впредь буду бдительнее.
После этого меня отпустили. Я вернулся в келью, но уснуть в эту ночь так и не смог.
Я ждал, что на следующий день кто-то из высшего круга культа устроит мне неприятности, ну, хотя бы не выпустят во двор на утреннюю пробежку, но ничего такого не случилось. Я спокойно отбегал вплоть до урока брата Йорвана. Единственное отличие — сам брат Йорван вышел из замка пораньше и молча смотрел, как я пыхтел под тяжелым грузом.
Когда я остановился, он подошел ко мне и сказал:
— Значит, брат Арнос счел тебя достойным турнира. Хотел бы я понять, почему.
Я криво усмехнулся. Видать, брату Йорвану так ничего не растолковали: ни про обиду командора, ни про мои три ядра, ни про Арноса.
— Фалдос велел мне не падать, и я не упал.
Йорван одобрительно хмыкнул:
— Из тебя выйдет неплохая начинка для доспеха. Вот сейчас и попробуем.
По спине прокатился легкий холодок, то ли от слов наставника, то ли от пропитавшего рубаху пота.
Я потащился в оружейную вслед за Йорваном, куда уже спустились мои собратья, и даже поймал несколько встревоженных взглядов, будто они чуток переживали за меня после вчерашнего.
— Новусы! — радостно воскликнул брат Йорван. — Сегодня мы устроим охоту на кровавого зверя!
Собратья зашумели, не зная, хорошо это или плохо.
— Кровавым зверем буду я, — продолжил наставник. — Вам нужно всего лишь продержаться против меня подольше. Вот он будет вашей железной защитой, — он положил руку мне на плечо. — Кто разбирается в доспехах, помогите ему облачиться. Остальные берут копья, мечи и щиты, если нужно.
Чего только в оружейной не было, в том числе и железные части доспехов, причем разные, были и старые, не раз побывавшие в бою, вроде железных пластин, нашитых на кольчугу, и почти новые, цельные. За меня взялись Ренар и Фалдос, и каждый из них думал, что он лучше разбирается в броне.
— Нагрудник лучше этот, — сказал Фалдос, — он широкий, цельнокованный, не сразу и проломишь.
— Тогда наплечники надо взять вот эти, — выбрал Ренар.
— И какой шлем с ними надеть? Восточный? Который едва уши прикрывает? Любой зверь сразу перервет ему горло. Или вот этот древний, с кольчужной бармицей? Лучше взять топхельм: лицо закрыто, горло тоже.
— Лиор в нем ничего видеть не будет!
— А ему зачем? Толкнем в нужную сторону и пусть бежит!
Они спорили меж собой, но постепенно навешивали на меня железо, затягивали ремни, и вскорости мне показалось, будто я снова надел на себя тяжелую сбрую с мешочками, только уже на все тело: и на ноги, и на руки, и на голову. Самым последним на меня надели шлем, и мир сразу срезался до узкой щели, сквозь которую я не видел ничего понизу и поверху, и дышать стало труднее.
Как и обещал Фалдос, меня подпихнули в правильную сторону, сквозь щель я высмотрел брата Йорвана и двинул к нему. Было не тяжело, к весу я привык, было неудобно. Фалдос говорил, что хороший доспех на теле ощущается как гамбезон: нигде не мешает, не трет и даже не звенит, если попрыгать, но на меня надели сборное железо, не подогнанное, выкованное на воина повыше да покрепче, потому мой доспех и мешался, и тер, и бряцал даже при ходьбе.
Я подошел к наставнику с надеждой, что где-то за моей спиной стоят собратья с копьями и выжидают случая, чтобы напасть, но твердо уверен в них не был. И это в оружейной! Против такого же новуса! Ну, почти такого же. А если бы мы сейчас стояли на хребте против кровавого зверя? Хватило бы мне мужества вот так же подойти к кровавому волку, не видя и не зная, остался ли кто рядом, или все давно убежали, оставив меня на расправу?
Брат Йорван крикнул:
— Начали! — и бросился на меня.
Меня будто бревном снесло, позади послышались крики. Фалдос орал на других собратьев, говоря им, что надо делать и с какой стороны идти на Йорвана. Нашлось время и для моих указаний:
— Лиор! Вставай! Надо перекрыть его!
