К концу сей долгой речи доселе невозмутимый брат адептус разгорячился. Он говорил так, будто это мы виновны в столь славных подвигах Perfectio. Брат Арнос не пошутил, упомянув о давней вражде Revelatio с этим культом.
Но отчим вряд ли вышел оттуда. Сотня лучших родов страны, включая королевский! Разве мог такой человек уйти в беззвестность? Отправиться в деревню, чтоб пахать землю, пасти скот и жениться на простой крестьянке, да еще и вдове с сыном? Я, конечно, своими глазами таких благородных не видывал, но вот, к примеру, Фалдос! Разве он пойдет убирать навоз за свиньями? К тому же отчим с первого дня показал, что привычен к крестьянскому труду, всё делал умело и ловко. А если сунуть в руки Фалдоса серп или косу, сумеет ли он с ними совладать?
— Hortus secretus, — продолжил брат адептус, успокоившись. — Сей культ славен своими алхимиками-лекарями, их целительские навыки широко известны не только в Фалдории, но и за ее пределами. Культ Fornace знаменит не меньше, только в оружейном деле. Мечи, броня да и другая утварь, изготовление каковой требует алхимических познаний, превыше всяких похвал. Если вам когда-нибудь доведется взять в руки меч, выкованный в Fornace, вы ни за что не пожелаете обменять его на что-то иное.
Ни разу не видел, что отчим лечил кого-то или ковал, даже гвозди он брал у кузнеца деревенского. Но ведь не все ж в тех культах алхимики! Поди, там и обычные воины были. Вряд ли Тарг из Тайного сада пришел, ведь тогда бы он прихватил парочку-другую зелий, а я в схроне их не видел, зато там лежал меч. Да только как понять, где он выкован? Я до сей поры только его в руках и держал, брат Арнос нам пока не позволяет брать железное оружие.
— Последний культ — это Cultor. Само слово Cultor весьма многогранно и может обозначать разное. Это и почитатель, и землепашец, и житель, и даже наставник. Увы, мне неизвестен verbum этого культа, потому я не могу сказать точнее. Cultor –весьма закрытый культ. Его последователи редко участвуют в турнирах и не торгуют каким-то особым товаром. Поговаривают, что… — брат адептус замялся. — Впрочем, сие неважно. Слухи на то они и слухи, не стоит множить наветы. Полагаю, я ответил на вопрос… Что?
Это я еще раз поднял руку.
— А что, во всех этих культах verbum на истинном языке?
— Разумеется, — раздраженно ответил наставник. — Как может быть иначе?
Я растерялся окончательно. Значит, во всех культах заветные слова передаются истинным языком? Тогда откуда же отчим взял свои? Брат Арнос говорил про шесть культов в Фалдории, но это не означает, что их нет в других странах… Хотя отчим-то был фалдорийцем, безо всякого сомнения. Я еще не видал людей из иных стран, но уж всяко сумею отличить от своих, всем ведь известно, что в других землях и говорят иначе, и одеваются иначе. Поговаривают, что у некоторых вовсе собачьи головы на плечах или соколиные клювы вместо носа.
— Я ответил на вопрос. Что еще? — резко сказал адептус.
Но я руки больше не подымал. Оглянулся, а там Фалдос тянет свою лапищу к небу. Вот чудеса, обычно он на уроке истинного языка сидит тише воды ниже травы, туго ему дается это учение.
— Вот ты говоришь, что всяк культ хорош в своем деле. Одни куют, другие лечат, третьи духом сильны, хоть мне непонятно, в чем тут выгода, и даже фехтуют лучше в ином культе. Тогда чем же славен Revelatio?
Мы все уставились на брата адептуса в ожидании ответа. Негодование Фалдоса легко понять: он потерял право наследования и титул, потому тешил себя мыслью, что уж в культе-то он себя покажет, станет лучшим и утрет нос отцу. А тут узнал, что, возможно, и культ ему достался слабенький, неприметный.
— Резонно, — смягчился брат адептус. — Может быть, данное пояснение заставит вас прикладывать больше стараний к изучению истинного языка. Ни в одном другом культе не уделяют этому должного внимания, но культ Revelatio имеет свои причины. Чтобы вы полностью прониклись величием и целями Revelatio, я поведаю вам о событиях, что происходили многие столетия назад.
Что-то прежде я не замечал у адептуса такого рвения в нашем наставничестве.
— В обозначенное мной время на землях Фалдории и окрестных государств жила и здравствовала огромная империя. Ее территории простирались так далеко, что гонцы, отправленные с вестью с восточных рубежей, прибывали на западные окраины лишь через несколько месяцев. Я могу немало рассказать о правителях, победоносных войнах, мятежах и бедах, что не раз сотрясали ту империю за долгие годы, но скажу лишь, что несмотря на размеры государства там существовал всего один культ под названием «Cultus animi» — возделывание души. Разумеется, у того культа было немало земель, замков и академий, куда принимали людей со всех краев империи. Чуть не забыл упомянуть, что в той империи все говорили только на истинном языке, может, где-то по окраинам простой люд и сохранял свое дикое наречие, но все благородные господа изъяснялись исключительно истинной речью.
Мне до сей поры казалось, что брат адептус равнодушен к происхождению своих учеников, но теперь я понял, что ошибался.
