Она поднялась на взгорок и устремила свой взор к замку, который тоже, казалось, дерзко глядел на нее своими бойницами, бросая вызов. Мысли ее бежали, обгоняя одна другую, путаясь, ускользая. Но ясный план так и не вырисовывался. Она уже готова была зарыдать от отчаяния, беспомощно огляделась по сторонам, пошарила глазами в траве, между деревьями, словно бы в поисках затерянного там решения неразрешимой задачи. Вдруг краем глаза она уловила какое-то движение в гуще деревьев. Не решаясь повернуть голову, уголком глаза Эйлонви наблюдала за странной горбатой тенью, которая была теперь неподвижна, словно бы затаилась. Делая вид, что ничего не заметила, она спустилась с пригорка и будто бы направилась к Руну и Ффлевддуру. На самом же деле Эйлонви мало-помалу забирала в сторону, осторожно приближаясь к дереву, за которым притаилась непонятная подозрительная тень.
Внезапно, быстрая, как Ллиан, она прыгнула на сгорбленную фигуру. Та вдруг распалась на две части. Горб покатился в одну сторону, а другая половинка тени, попавшись в руки девушки, вдруг приглушенно взвизгнула. Эйлонви била, лягалась, царапалась. Мгновение — и Рун с Ффлевддуром оказались рядом с ней. Бард ухватился за один конец уже не визжащей, а напряженно сопящей тени, Рун вцепился в другой.
Эйлонви отскочила на шаг и быстро достала из складок плаща свой золотой шар. Стоило ей согреть его в ладонях, как шар начал мерцать и разгораться. Она поднесла его поближе к дергающейся фигуре и обомлела. Золотые лучи высветили бледное, морщинистое личико с длинным вислым носом и маленьким ртом в скобках скорбных складок. Беспорядочные космы жидких волос ниспадали на два жалких, испуганных, но пронзительных, словно буравчики, глаза.
— Гвистил! — выдохнула Эйлонви. — Гвистил из Красивого Народа!
Бард тут же ослабил хватку. Гвистил опустился на землю, потер свои костистые руки и вытянул их вперед ладонями, словно бы защищаясь. Потом, разобравшись, видимо, кто его схватил, поднялся на ноги, запахнул плащ и кисло поздоровался:
— Как приятно видеть вас снова. Удовольствие, поверьте мне. Я часто думал о вас, — зачастил он и тут же раскланялся. — До свидания. Теперь я пойду. Мне пора.
— Стой! Помоги нам! — преградила ему путь Эйлонви. — Гвистил, мы просим тебя. Наши друзья брошены в тюрьму в замке Смойта.
Гвистил обнял руками голову. Лицо его плаксиво сморщилось.
— Пожалуйста, пожалуйста, — простонал он, — не кричи. Сегодня вечером я особенно не в состоянии вынести этого. И будь так добра не светить этой штукой мне прямо в глаза. Нет, нет, это уж слишком. Мало того, что на тебя набросились, кинули на землю, оседлали, а тут еще и бушуют, и ослепляют! Как я уже говорил… да, приятно было наткнуться на вас. Конечно, я был бы рад помочь. Но, пожалуй, в другой раз. Когда мы все не будем так расстроены.
— Гвистил, неужели ты не понимаешь? — вскричала Эйлонви. — Ты разве не слышал, что я сказала? В другой раз! Нет, сейчас! Ты должен нам помочь сейчас! У Гвидиона украли меч. Ты слышишь? Дирнвин исчез! Он у Аровна! Понимаешь, что это значит? Это самое ужасное из всего, что могло случиться! Но как Гвидион может вернуть свой меч, когда и сам оказался в темнице и его собственная жизнь в опасности? И Тарен… и Колл… и Гурджи… все они… — Она всхлипнула.
— Бывают дни и похуже, — сочувственно вздохнул Гвистил. — Но что можно сделать? Ничего, увы. Будем надеяться, что всё образуется. Хотя, само собой, ничего само собой не образуется… Но что делать? Ничего не поделаешь. Да, я знаю, что Дирнвин украли. Какая досада!..
— Ты уже знаешь? — удивился бард. — Клянусь Великим Белином, тебе известно и где он! Ну, говори!
— Где угодно, — с таким отчаянием выдохнул Гвистил, что Эйлонви почти поверила, будто этот унылый нытик говорит правду. А он продолжал, скорбно насупившись — Но не это меня беспокоит. А вот то, что происходит вокруг Аннувина… — Он, словно бы в испуге, прикрыл ладонью свои мелкие глазки. — Охотники собираются. Дети Котла появились, целое войско. Этого достаточно, чтобы залечь, то есть слечь в постель.
Гвистил раздвинул пальцы и сквозь них посмотрел на окруживших его людей.
— И это всего лишь половина бед, — задыхался он — Некоторые владетели княжеств объединили свои войска, а их военачальники держат совет в самом Аннувине. Он набит воинами, как мешок овсом. Они внутри, снаружи, везде, куда бы вы ни глянули. Я даже испугался, что они отыщут мои тоннели и придорожные сторожевые норы. В эти дни я единственный наружный страж Красивого Народа, находящийся вблизи Аннувина… Тем печальнее, тем печальнее. Накопилось столько работы… Так я пошел?
Но Ффлевддур крепко держал его за руку. И Гвистил, дернувшись разок-другой, снова заговорил:
