— Поверьте мне, вашим друзьям лучше оставаться там, где они сейчас. Безопаснее. Выйти наружу — это все равно что кинуться головой в гнездо шершней. Если случайно вы их снова увидите, передавайте мои самые нежные приветствия. Мне жаль, мне ужасно жаль. Но я больше не могу задерживаться. Я спешу в королевство Красивого Народа. Король Эйддилег должен узнать обо всем без промедления.
— Если король Эйддилег узнает о том, что ты не захотел нам помочь, — возмущенно выпалила Эйлонви, — ты пожалеешь, что покинул свой наблюдательный пост.
— Это длинное и трудное путешествие, — канючил Гвистил, словно бы и не расслышав слов Эйлонви, — мне придется все время идти по земле. Эйддилег ведь захочет узнать всё, что творится здесь на каждом шагу. А я не готов шагать все время по земле. — Он взъерошил свои жидкие паутинные волосики. — Настроение неважное, и погода дурная, и всякое такое… Мне было куда лучше путешествовать летом и подземными тоннелями Но… с этим ничего не поделаешь. До свидания. Прощайте. Всего вам хорошего.
Гвистил осторожно освободился из рук барда и проворно ринулся туда, куда откатился горб тени, оказавшийся туго набитым мешком, раза в два большим, чем сам карлик. Эйлонви изловчилась и снова схватила Гвистила за руку.
— Э, нет! Ты не уйдешь! — вскричала она. — Ты отправишься к королю Эйддилегу только после того, как мы освободим своих друзей. Не пытайся обмануть меня, Гвистил из Красивого Народа! Ты умнее, чем хочешь казаться. Но если ты не окажешь нам помощь, я ее из тебя вытряхну!
Девушка схватила карлика за шиворот. Гвистил всхлипнул и попытался выкрутиться.
— Никаких встрясок! Нет, пожалуйста. Я этого не выношу. Не сейчас. До свидания. Не время, не время…
Ффлевддур в этот момент с любопытством разглядывал мешок Гвистила. Огромный, бугорчатый, он закатился в кусты там, где Эйлонви настигла карлика. Тесьма, стягивающая горло мешка, развязалась, и часть его содержимого высыпалась на землю.
— Клянусь Великим Белином, — ахнул бард, — чего тут только нет! Улитка носит на спине меньше скарба, чем этот сквалыга!
— Ничего особенного, — забеспокоился Гвистил. — Так, пустяки, разные удобства и приспособления, чтобы облегчить трудное путешествие.
— Не Гвистила, так его мешок немного встряхнем, — сказал Ффлевддур, опускаясь на колени и роясь в мешке. — Вдруг здесь окажется что-нибудь полезнее самого владельца?
— Возьми всё, что захочешь, — торопливо проговорил Гвистил, когда Эйлонви осветила золотым лучом своего
шара высыпанную на землю кучу барахла. — Возьми всё, если хочешь. Я обойдусь. С трудом, но обойдусь. А теперь я пойду, да?
Он нерешительно потоптался на месте, но с места не сдвинулся. Король Рун присел рядом с бардом, который уже вытянул из мешка несколько заштопанных, отороченных овечьим мехом крошечных курток и плащей.
— Изумительно! — вскричал Рун, вытягивая из кучи что-то похожее на пучок травы. — Это же гнездо!
— Да, — вздохнул Гвистил. — Возьми его себе. Я это сохранил на всякий случай. Никогда ведь не знаешь, в какой из вещей возникнет необходимость. Но теперь, так и быть, это все ваше.
— Нет, спасибо, — усмехнулся бард. — Не хочу лишать тебя самого необходимого.
Рун тем временем выволакивал одну вещь за другой. Здесь были фляги для воды, пустая и полная, посох для ходьбы, собранный из вставляющихся одна в другую трубочек, подушка с запасным узлом перьев, два обрывка веревки, несколько удочек и большие крючки, две палатки, несколько железных клиньев, гнутая железка, широкий кусок мягкой кожи, который, как неохотно объяснил Гвистил, может быть натянут на ивовую раму и служить маленькой лодкой, несколько пучков сухой травы и множество сумок и сумочек с лишайниками всех цветов.
— Сохраняет здоровье, — пояснил Гвистил, указывая на лишайники. — Влажность и сырость вокруг Аннувина ужасная. Лишайники, правда, не помогают, но все же это лучше, чем ничего. Тем не менее вы можете их взять себе.
Бард отодвинул от себя всю эту кучу.
— Бесполезный мусор, — поморщился он, — Разве что взять на время веревки и рыболовные крючки…
— Гвистил! — гневно вскричала Эйлонви. — Все твои подушки, железки и трубочки еще не помощь! О, я не могу ничего из тебя вытряхнуть, потому что при виде твоей жалкой физиономии у меня руки опускаются! Проваливай! Да, да, на самом деле прощай!
Гвистил, вздохнув с облегчением, быстро стал собирать разбросанное барахло обратно в мешок. Когда он поднял его, чтобы вскинуть на спину, из кармана его плаща выпал маленький узелок, за которым он поспешно нагнулся.
Послушай, что это? удивился Рун, опередивший карлика и уже собиравшийся отдать ему узелок.
Яйца, — пробормотал Гвистил.
— Повезло, что ты не расквасил их, когда падал — весело сказал Рун. — Давай-ка глянем, целы они или нет? — добавил он, распуская шнурок на узелке.
— Яйца! — приободрился Ффлевддур. — Я был бы не прочь съесть парочку. Не ел с утра… эти олухи в замке заставляли меня играть без перерыва, но покормить не потрудились. Давай их сюда, старина, я так проголодался, что готов проглотить их сырыми.
