Отключив телефон, он устало взглянул на ларец.
— Час от часу не легче! С отцом Себастьеном беда… Вот что, господин Гилленхарт: одолжите-ка мне какие-нибудь брюки! Ваша собака со мной теперь не расплатится. А с
Они ушли.
Дядя Винки остался один. Приложившись к фляжке, он снова откинул крышку таинственного ларца. Там, окутанная прозрачной тончайшей пленкой, лежала отрезанная человеческая голова. Он долго вглядывался в её черты.
— Интересно… — хмыкнул он, захлопывая крышку. — Очень интересно. Неожиданный поворот! Чем только теперь всё это закончится?..
Вернувшись к себе, дядя Винки заперся в комнате, зажёг свечу, хотя на дворе было ещё светло, и подошел к большому зеркалу, стоявшему в углу. Тихо проговорив какое-то заклинанье, он стал ждать. Середина зеркала помутнела, потом сквозь мутную пелену проступило очертание некоего существа: половина лица его была человеческая, половина — заячья.
— Что там у тебя?.. — сердито спросил дядюшка.
— Я сделал всё, как вы велели, хозяин! — прошелестело зеркало.
Задув свечу, дядюшка уселся за стол и крепко задумался, обхватив голову руками. Прямо перед ним стояли песочные часы толстого стекла: за стеклом медленно порхали голубые светящиеся снежинки.
— Времени осталось совсем мало… — прошептал он. — Ах, Вэллария, Вэллария!..
…Военная служба очень скоро заставила Юстэса забыть о прошлой жизни. Он был молод, ловок и силён, но дело приходилось иметь с врагами совершенно иного порядка, нежели раньше. Прежде, каким бы коварным и искусным ни был его противник — он оставался таким же человеком, как и он, существом из плоти и крови. Теперь надо было сражаться с теми, кого одолеть с помощью одного только боевого умения порой было невозможно. И в редкие часы затишья ему приходилось постигать сложную науку боевой магии. Кое-что он усвоил быстро, но многое давалось с трудом.
— Кабы не твой конь да меч — давно уже сгинул бы ты, парень! — вздыхал Радисвет — воин, приставленный к новичку наставником.
Бывалый вояка не преувеличивал: в первом же бою, когда на них неожиданно напали, свалившись с неба, люди-саранча, Гилленхарта выручил только подарок Тезариуса: конь вынес его, израненного, из самой гущи сражения, и уже после, обеспамятевшего от потери крови, юношу подобрали товарищи. Долго ещё потом видел он во сне страшные лица с глазами насекомых и ужасными жвалами…
— Ведь людям не положено колдовать? — спросил он как-то у Радисвета.
— По-чёрному не положено, — отозвался тот. — А так — можно… Иначе нас уже извели бы под корень. Да и что говорить, — добавил он с горечью, — ведь все эти неурядицы от людей и пошли. Слыхал, небось, про Безумного Короля?
— Это, которого прокляли маги Вальгессты? — осторожно уточнил юноша, боясь показаться чересчур осведомленным.
— Вот то-то и оно!.. — понизив голос, продолжал Радисвет. — А только ходят слухи, что Проклятый до сих пор жив, от того и множится всякое разное — день ото дня всё хуже и хуже!.. Потому-то, говорят, Королева Чара и затеяла в свое время поход к северному побережью: черноделы бают, будто там он скрывается, а вовсе не в Башне Забвения… И король Игнаций — прадед её — тоже его искал. Да только ничем хорошим это не закончилось…
Юстэс ещё о многом хотел расспросить разговорчивого товарища. Но дозорные с воздуха заметили подозрительное передвижение в лесной чаще, чуть к северу от того места, где расположилась их сотня. Объявили тревогу.
Из того боя Радисвет не вернулся… Отряд Белоглазых, внезапно появившийся перед горсткой людей, измученных непрерывными стычками с нечистью, превосходил их по численности в несколько раз. Как удалось врагу пройти незамеченным столь долгое расстояние от побережья, так и осталось загадкой. Но еще большей неожиданностью оказалось предательство конницы вольфорранов, присланной на подмогу гибнущей дружине Людей: они ударили в спину своим союзникам.
Это стало началом конца…
Как выяснилось позже, невидимый флот противника — сотни плавучих крепостей — высадил на северное побережье Королевства огромную армию хорошо вооруженных и обученных солдат. Поддерживаемые огневой мощью с моря, несметные полчища Белоглазых в считанные дни лавиной перекатились через Драконьи горы, смели с лица земли города и селения Людей, оказавшиеся у них на пути к южному побережью полуострова, и остановились лишь в трёх днях перехода от стен Акры. Усилиями жрецов Солнца Люди успели выставить магическую блокаду, преодолеть или разрушить которую нападавшие пока не могли.
