К нам с Угрем подошел человек, облаченный в сине-черный бархатный дублет. Высокий, с черной аккуратной бородой, белоснежной улыбкой и насмешливыми карими глазами. Виски у него уже поседели. Физиономия пускай и благородная, но вполне к себе располагающая. С таких парней очень любят рисовать героев на фресках храмов.
Он мне кого-то очень и очень напоминал. Было в его чертах нечто смутно знакомое.
— С кем имею честь? — едва поклонился Угорь. Герцогу, как говорит Кли-кли, можно вообще не утруждать себя гнуть спину. Я отвесил более глубокий поклон.
— Граф Балистан Паргайд. Рад, что вы ответили на мое приглашение, — отвесил легкий поклон человек.
— Благодарю за любезное приглашение на этот чудесный прием, граф. Позвольте вам представить моего сюзерена, дралана Пара.
Едва заметный кивок. Драланов, пусть они хоть трижды дворяне, не очень чтят.
— Вы всегда ходите вместе с герцогом, дралан? — блеснул белозубой улыбкой Балистан Паргайд.
— Я люблю путешествовать, милорд. А путешествие в компании с Его Светлостью — всегда насыщено приключениями.
— Что вы говорите? — Еще одна вежливая и ничего не значащая улыбка. — Надеюсь, герцог, я не оторвал вас своим несвоевременным приглашением от более важных дел?
— Ну что вы! Мне стоило развеяться.
Легкая музыка плыла по залу, окружающие с интересом косились в нашу сторону, но лишь вежливо кланялись, не пытаясь вступить в беседу.
— Я не успел вас встретить возле моего дома, но слышал, что вы путешествуете с эльфами. Простите за нескромный вопрос, Ваша Светлость, но что вас связывает с этой расой?
Прежде чем Угорь успел ответить, откуда-то из-за широких юбок уже немолодой дамы, скучающе потягивающей вино, вынырнул шут. В каждой руке гоблин держал по пирожному с кремом.
— Постель, — проговорил он.
— Что? — моргнул граф.
— Мой хозяин, да просидит его задница на Морском утесе еще двести лет, путешествует с эльфами, потому что они хороши в постели. Не обращайте внимания на дралана. Он просто путешествует.
Я на мгновение лишился дара речи от такой наглой и откровенной лжи. Думаю, услышь эти слова сами эльфы — они бы выпотрошили гоблина как рыбу, несмотря на то что он носит шутовской колпак. Угорь принял новость о своих постельных предпочтениях со спокойствием истинного герцога. Балистан Паргайд же, напротив, усмехнулся и понимающе посмотрел на него.
— Жизнь нужно разнообразить, — как можно небрежнее пожал плечами Угорь. — Иначе она становится слишком скучной.
— Ну, разумеется. Это ваш шут, милорд? — Граф с интересом разглядывал Кли-кли.
— Это наш хозяин, милорд? — в тон графу спросил Угря гоблин и запихнул в рот оба пирожных. Кли-кли тут же стал похож на хомяка. Шут немного подумал, а затем выплюнул оба лакомства прямо на султанатский ковер.
— Мой шут остер на язык, но не приучен к хорошим манерам, прошу его простить.
Кли-кли скорчил рожу и отвесил Балистану глубокий реверанс, едва не ткнувшись носом в пол.
— Я мог бы сказать, что мне приятно, если бы вокруг не было столько набитых дураков, любезный граф, — пропищал шут.
Граф Балистан Паргайд весело расхохотался:
— Назвать моих гостей набитыми дураками отважится не каждый человек!
— Если граф не заметил с первого раза, то с прискорбием сообщаю, что я не человек, а гоблин, — звякнул колокольчиками Кли-кли.
— Герцог, ваш шут забавен! Уступите его мне!
— Не продавай меня дешевле чем за тысячу золотых! — влез в разговор шут. — И не забудь после сделки отдать мою долю!
— Боюсь, граф, если герцог уступит вам своего шута, то мой лорд станет вашим кровным врагом. Поверьте, Кря-кря — это ходячее бедствие! — Я решил, что пора раскрыть рот.
Граф вновь рассмеялся.
Тем временем герольд ударил палкой по полу и объявил очередных гостей.
— Ах, прошу простить меня, Ваша Светлость. Но, вы понимаете, обязанности хозяина. Мы еще обязательно найдем время поговорить, не правда ли?
— Конечно, граф. Конечно.
— Герцог. Дралан.
И снова эти дурацкие поклоны. Если так будет продолжаться весь вечер, у меня точно голова отвалится.
— Я пройдусь до фонтана. Встречаемся возле лестницы. — Угорь двинулся прочь от нас.
— Ну, как он тебе? Я про графа.
— Не сейчас, — уголком рта прошипел шут, отчаянно подпрыгивая и звеня колокольчиками, чтобы даже самые чуткие уши не смогли расслышать его шепота. — Ты чувствуешь Ключ?
Клин-дон! Трим-бом! Трам-пам!
— Нет.
Кли-кли разочарованно хрюкнул.
Клин-дон! Клин-дон! Тирлим-бам!
— Возьми вина. Погуляй! — шепнул мне Кли-кли, прежде чем затеряться среди Соловьев.
Я огляделся, но ни эльфов, ни Угря не увидел. Чем дальше вечер, тем он чудеснее!
Небрежным жестом остановив слугу, разносящего напитки, я взял у него бокал розового игристого вина. Лучше бы здесь было что-нибудь другое. Терпеть не могу эту филандскую мочу. Как выпью, так все нутро горит, будто яда подсыпали.
— Господин желает сладких фруктов? — Мне под нос сунули целое блюдо заморской дряни, обсыпанной сахарной пудрой.
— Господин желает, чтобы ты убрался, — буркнул я слуге.
