— И что, ты просто так уйдешь?
— А что я ещё должен сделать? — он не оборачивался, но пальцы замерли на полпути до дверной ручки.
— Хоть извинился бы за то, что сказал в последний раз. Этого было бы достаточно.
Молодой человек помедлил с ответом.
— Я не испытываю вины за то решение, которое принял. Я могу идти? У меня есть дела перед ужином.
— Ты же должен ждать под дверью, пока я не буду готова? — протянула она, теперь уже наслаждаясь своей властью.
Он ничего не сказал, но держался за ручку двери в ожидании разрешения уйти.
— Иди и попроси Беатрис подняться. Мне нужна помощь, — сдалась принцесса, снова садясь на кровать.
Виктор кивнул, всё так же не оборачиваясь, а через секунду за ним закрылась дверь.
Если бы не лекарства, то Тана ни за что бы не стала набрасываться на него с такими вопросами. Не в её характере это было, да и так вот с ходу… Всё равно никакого толка не будет, ведь всё уже кончено. И как бабушка могла такое сделать? Ведь знала же точно, что связывало их раньше.
До того, как Виктор попал в элиту гвардии, он был простым воином. Они с Таной познакомились три года назад, и всё развивалось слишком быстро. Для нее это было первое сильное чувство, да и он говорил, что никогда не влюблялся. И родители в целом нейтрально отзывались об их отношениях, однажды отец даже пригласил Виктора на семейный ужин.
А потом его как подменили. Нет, они всегда спорили по поводу нынешнего положения дел в Элизиуме. Тана хотела сохранить монархию, но с внедрением реформ, а Виктор считал, что миру требуется полная смена социальной организации. Но в тот момент он стал просто не похож на себя. Постоянно рассуждал о том, что важнее для человека, вел какие-то философские беседы о смысле жизни, а в один далеко не прекрасный вечер без лишних объяснений предложил расстаться. Позже до принцессы дошли слухи, что ему предложили место в элитном отряде с прохождением длительного обучения в Городе Зеленооких — редкий шанс получить навыки другого клана, который выпадал только за особые заслуги или по знакомству. Гвардейские отряды всегда формировались по принципу клановости, и только в последние годы наметились перемены. Всё это давало ему в будущем шанс дослужиться до личной королевской гвардии. Так что её возлюбленный просто сделал выбор в пользу карьеры, а чувства оставил позади, как балласт.
Тана недолго горевала. Она просто приняла его решение, хотя порой не могла уснуть, представляя в мыслях, как всё развивалось бы, не расстанься они тогда. А эта встреча, да и обстоятельства в целом слишком о многом напомнили, вот она и не удержалась от вопроса.
В груди словно поселился тяжелый камень. Принцесса подошла к окну и раздвинула занавеси, отвлекаясь на свежую зелень растущих вдоль изгороди дубов. И тут в комнату постучались.
— Беатрис? — спросила Тана, настороженно оглядываясь.
— Я могу войти? — голос принадлежал фрейлине, поэтому принцесса с явным облегчением выдохнула и откликнулась.
Через полчаса, поменяв дорожный наряд на более подходящий к ужину, Тана спустилась вниз, в обеденную залу.
========== Глава третья ==========
Комментарий к Глава третья
Белль – итальянское имя, в переводе означает «прекрасная, красивая».
Тамир – имя еврейского происхождения, означающее в переводе «стройный».
Эстетика на Беатрис от Киры Марковой (Ros Marks) https://pp.userapi.com/c849232/v849232885/b650e/cYNgo288XxU.jpg
Дом строили со сложной планировкой. Хотя если разобраться, то здесь нельзя было потеряться, зато можно легко запутать нежелательных гостей. На нижнем этаже разместился просторный холл, упирающийся в подножие лестницы, и не менее большая обеденная зала. Стол на двенадцать персон занимал почти треть от её пространства, а стрельчатые окна от пола до потолка выходили в цветущий сад. Белоснежные занавеси двигались от легкого бриза, прилетавшего от реки с восточного направления.
Стол переполнился блюдами с самой разнообразной едой, но никто из сидящих не начинал трапезу. Все воздерживались до появления принцессы.
Впрочем, она не заставила себя долго ждать. В темно-синем бархатном платье и с распущенными волосами, увенчанными скромной витой диадемой из серебра — знаком принадлежности к королевской семье, — она походила на правительниц древности, распространявших вокруг себя яркую ауру магии и величия.
Беатрис, следовавшая за ней, не уступала в красоте, но иного рода. Одетая в длинное черное платье с туго затянутым корсетом, она скорее олицетворяла всю темную силу магии Синеоких. Черные кудри змеями спускались из высокой прически по шее, вискам и резко очерченным скулам.
У Родерика от яркости сестры привычно перехватило дыхание. Каждый раз, когда он видел её даже после недолгого отсутствия, юноша заново вспоминал, почему он отказался от титула лорда и ушел с ней в изгнание. Ни одни родители, а особенно их — суровые моралисты, не могли позволить в своем доме такого рода отношений. Но Беатрис стоила того, чтобы бросить всё.
Тана села, и остальные, поприветствовав её, тоже снова заняли свои места. Слуги начали подавать аперитив и закуски.
