— А ты представляешь, как после всего случившегося, этой крови у меня на руках, — я подняла ладони к лицу, ещё видя на них уже стертые брызги, — как я смогу взойти на трон? Как я смогу продолжать прежнюю жизнь? Я уже не та Тана, что приехала в поместье. И я никогда не смогу править, зная, что лишь продолжаю линию бабушки, а жизни людей нисколько не меняются. Элизиум заслуживает чего-то большего, может быть, нового правителя, а сейчас мой долг как королевы — защитить свой народ. И это кажется мне единственным вариантом сделать это правильно.
Мартин недоумевающе оглядывал нас, а потом наконец спросил:
— Что вы задумали, принцесса?
Я столкнулась с испуганным взглядом его лучистых глаз. Даже в старости они не теряли своей яркой синевы. Этот старик, с которым в детстве я играла в догонялки по дворцу, был так добр ко мне и, по сути, заменил дедушку, так что я, наплевав на этикет, крепко его обняла и, чуть отстранившись, сказала:
— Ты отправишь меня в последнее путешествие. Я принесу себя в жертву, чтобы восстановить Защиту Элизиума и не дать вторгнуться сюда охотникам.
Мартин смотрел на меня, как на сумасшедшую. Впрочем, возможно, я уже стала такой, ведь то, что произошло за последнее время, не могло не оказать своего влияния.
— Вы хотите умереть, чтобы другие жили? — наконец вымолвил маг. Я кивнула, и старик в ответ крепко притянул меня к себе. Когда он отстранялся, я увидела слезы в его глазах. Он утвердительно качнул головой. — Это ваш выбор, дорогая моя принцесса. Я вам помогу.
Виктор всплеснул руками, чуть не задев нас оружием. Потому он тут же убрал меч в ножны и высказал свое мнение тоном, не терпящим возражений:
— Я пойду с ней.
Мартин пожал плечами, мол, сами разбирайтесь. Отерев мокрые от слез щеки, он отвернулся, совершая все необходимые приготовления для создания портала в своей битком набитой хламом и книгами круглой мастерской. Из окна башенки я видела солнце, совсем скрывшееся за чертой горизонта над лесом вдали.
— Виктор, ты не обязан… — начала было я, но он тут же меня перебил.
— Тогда я не смог спасти твою жизнь, сейчас я просто не дам тебе уйти в одиночку. Может, в этом был смысл?
— Виктор, я и так уже тебя простила, ты свободен от долга! Я уверена, что всё было завязано именно на прощении, — схватив его за руку, я поняла, что не смогу отпустить сейчас. Но попытаться стоило.
— Какая разница, на чем завязано. Я хочу пойти с тобой. Ты думаешь, после всего я сумею жить один?
— Ты же воин, — я приберегла последний аргумент. — Ты и не такое переживал.
— Тана, это мое решение. И не спорь со мной.
Спину тут же обдало ветерком, и Мартин воскликнул:
— Принцесса, ваш портал готов!
Я поблагодарила старика и попрощалась с ним, осознавая, что вижу его в последний раз. Всё это время с момента смерти бабушки я ничего не чувствовала. Абсолютно ни одной эмоции, словно они исчезли из головы. Остался один холодный разум и точное знание, что именно нужно сделать сейчас. И никакого страха.
Виктор тоже сердечно простился с магом, хотя они до этого момента были незнакомы. Взявшись за руки, мы шагнули в портал, который перенес нас прямо к Защите.
========== Глава тринадцатая ==========
Комментарий к Глава тринадцатая
Камелия (красная) на языке цветов “Ты - пламя в моем сердце!”
Эстетика на близнецов и Бьянку https://pp.userapi.com/c846320/v846320406/11c16b/TUadm4rdrkk.jpg
Марта очнулась в темнице. Она не сразу поняла, где находится, но, оглядевшись, сообразила, что ещё не сталкивалась с такими местами. Тут ощутимо ударило в голову, и она протяжно застонала.
— Молчать! — крикнули с другой стороны решетки, и девушка различила в полумраке, освещаемом лишь несколькими тусклыми электрическими светильниками, охраняющих их гвардейцев.
С пола тянуло сыростью и холодом, и Синеокая постепенно начала вспоминать всё произошедшее. Последним был удар в затылок и падение на пол залы для аудиенций.
— Где Андре? — спросила вслух она, сжимая голову и чуть приподнимаясь с камней.
— Жив, лежит по левую руку от тебя, — из полумрака отозвалась Белль, а вскоре и подобралась ближе к раненной. Сама полукровка отделалась синяками и длинным порезом через всю щеку. Он не кровоточил, но всё же выглядел пугающе. Наверняка шрам останется, подумала Марта.
Приятельница помогла ей присесть, опираясь на стену. Глаза стали лучше видеть в темноте, и девушка разглядела остальных. Действительно, Светлоокий, находящийся без сознания, лежал совсем рядом, кем-то заботливо укрытый гвардейской курткой так, что не было видно залитой кровью одежды. Он тяжело дышал, но был жив. Она поняла важность этого, когда с облегчением выдохнула.
В камере не наблюдалось ни принцессы, ни Виктора. Остальные заняли оставшееся пространство.
У Родерика, сидевшего, прислонившись к стене, на виске блестела от крови рана. Однако, столкнувшись с его злым взглядом, Марта поняла, что он ещё способен, может быть, даже держаться на ногах. Беатрис, прижавшаяся к брату и крепко его обнимавшая, выглядела невредимой, только старые бинты на руке размотались и были залиты чужой кровью.
