Она отчаянно затрясла головой и вцепилась в его плечи.
— Я не лягу спать, пока ты здесь. Я…
Несса дëрнулась и шире распахнула глаза, скользнув кончиками ресниц по щеке Вронежского, когда тот порывисто прижался к её губам.
Дэниел позволил себе забыть о её болезненном виде и поддался желанию снова ощутить её вкус. Иссушенные губы неприятно царапнули, но он с облегчением узнал её. Это действительно была Несса, его хрупкая фарфоровая девочка, сейчас более измученная, чем прежде, но всё ещё — его. Он хотел зарыться пальцами в её волосы, но наткнулся на две тугие косички, безвольно болтающиеся за спиной.
Поцелуй вышел чуть грубым, но это был единственный способ заставить её замолчать и на время успокоиться.
Он ушёл глубоко за полночь, когда заставил Нессу всё же лечь в кровать и убедился, что она заснула. Кроме того, перед этим он с трудом отправил её в душ, сотню раз заверив, что никуда не уйдет и обязательно её дождëтся. Спать она легла, не раздеваясь и даже не распустив волосы.
Конь мирно пасся в поле за перелеском. Дэниел сознательно отказался от мотоциклетки, зная, что рёв мотора слышен издалека.
Только на полпути к фронту Вронежский вспомнил, что так и не сказал ей, что ему известно о связи между Эрнестиной Рэй и Ванессой Ланц. Выругавшись, он вдавил каблуки ботинок в бока коня, принуждая того ускориться.
Он убедился, что Ванесса Ланц жива, но её состояние вызывало тревогу. Нужно было связаться с её отцом, пусть забирает девчонку, пока она совсем не рассыпалась — даже если это означает, что их пути никогда больше не пересекутся.
С первым же лучом солнца Несса распахнула глаза и тут же закрыла. О том, что вчера вечером в комнате был Дэниел, не напоминало ничего. Ни единой молекулы запаха, витающей в воздухе, ни случайно упавшей ниточки с одежды, оставшейся на кровати. Ничего. Совершенно ни-че-го.
Несса поначалу решила, что окончательно спятила и теперь ей мерещится ещё и Вронежский, но отдернула себя, напомнив, что обычно в её видениях наяву нет ничего хорошего. Лишь непроглядная белая пелена неизвестных существ, неизменно приходящих в облике тумана.
Второе, что свидетельствовало о том, что Дэниел ей не почудился — она выспалась. Впервые за три десятка одинаковых безликих дней и ночей девушка чувствовала себя отдохнувшей.
Необходимость после завтрака идти на собрание в храм в сопровождении Зиги воспринималась как неизбежность, но уже терпимая неизбежность.
Вероятно, благодаря нескольким часам спокойного сна после приезда Вронежского, Несса стала внимательнее. Нервозность Зиги она заметила даже раньше, чем обнаружила в его наряде странный аксессуар — болтающуюся за спиной чёрную маску-аспиратор. Мужчина постоянно нервно заглаживал назад волосы, сглатывал и оглядывался.
— Что-то случилось?
Зиги странно покосился на неё и оторопело улыбнулся. А Несса запоздало вспомнила, что уже месяц не только не задавала вопросов, но и вообще практически не разговаривала с ним.
— М-м-м… Мне нельзя больше сюда приходить, — снова сглотнув и обернувшись, ответил Зиги. — Это может быть опасно, наверное…
— Наверное? — переспросила Несса, остановившись.
Зиги замялся и нервно облизал губы.
— Последнее наше исследование показало, что туман обладает отравляющим галлюциногенным эффектом пролонгированного действия.
Огромных усилий Нессе стоило заставить свои глазные яблоки не дернуться.
— И здесь опасно, — продолжал Зиги, — эту территорию скоро объявят карантинной зоной…
Несса поддалась искушению закатить глаза.
— … поэтому тебе нужно уходить. Я помогу.
Она уставилась на Зиги, прикусив язык от желания переспросить. Что он несёт? Тот снова зачесал назад волосы, дёрнул болтающуюся за спиной маску-аспиратор и направился вперёд.
— Но у вас живёт девочка, её ты должна забрать с собой, — заговорил Зиги, когда девушка поравнялась с ним.
— А Нонна и Аглая?
— Они меня не интересуют, — не поворачивая головы, равнодушно отозвался Зиги и прибавил шагу.
— Но мы уйдём только все вместе! — Нессе пришлось снова нагонять его.
— Нет. Только ты и девочка.
Переубеждать его было бесполезно, но и добиться ничего больше Несса не смогла. Кажется, высказавшись, Зиги несколько успокоился. По крайней мере, он перестал постоянно зачёсывать волосы и оглядываться.
В храм они зашли в полном молчании. Собрание вот-вот должно было начаться.
Скоро стены маленького храма не смогут вместить всех желающих. Люди толпились в проходе и теснились вдоль стен. Несса и Зиги заняли место у самой двери, вжавшись спинами в тяжёлые дубовые двери.
Отсюда было плохо слышно мерный бубнëж Председателя. Зато отлично слышен отдалённый рокот, напоминающий грохот мотора мотоциклетки, только сверху. Несса вскинула голову, вглядываясь в затянутое густыми облаками небо.
Рокот приближался.
Люди внутри храма один за другим начали недовольно оглядываться назад. Даже Председатель несколько раз прерывался и призывал всех не обращать внимания.