хотя и в высшей степени умозрительных и оттого трудно приложимых или вовсе не
приложимых к российской действительности. Идеи эти состояли в том, чтобы не вмешиваться в
чужие дела, сосредоточившись на вопросах внутреннего порядка и благосостояния, оставить
лишние претензии и стараться приобрести разумной дипломатией хотя немногих, но верных
союзников.
Павел в 1779 году в письме П.И. Панину.
нам отказать любезным подданным в пренужном и желаемом ими отдохновении после
столь долго продолжавшихся изнурений»
Однако меры эти, несомненно, облегчившие участь российского крестьянства,
имели в конечном счете последствия непредсказуемые. Не приученные к вниманию
правительства крестьяне возымели повсеместно надежду на дальнейшее улучшение
условий их жизни и труда. Как пожар по степи, начали распространяться слухи о
грядущем освобождении крестьян. В результате в начале 1797 года в одиннадцати
губерниях вспыхнули крестьянские волнения, которые пришлось подавлять военной
силой.
Одним из главных условий задуманной им коренной перестройки государственных
дел, Павел считал гласность. Объявив в одном из первых своих указов, что он намерен
«открыть все пути и способы, чтобы глас слабого, угнетенного был услышан», он дал
разрешение всем подданным без различия чинов или состояния являться во дворец для
подачи просьб и жалоб (при Екатерине подача прошений в собственные руки
императрицы была запрещена под страхом строгого наказания). В окне одной из комнат
Зимнего дворца был поставлен выкрашенный в желтый цвет железный ящик, с
прорезанным отверстием, куда просители могли опускать свои просьбы. Ключ от него был
вручен великому князю Александру. Несколько секретарей ежедневно сортировали
просьбы и, сделав из них краткие экстракты, докладывали государю, который тотчас же
возлагал на них свои резолюции.