728 «Рукописные материалы библиотеки Зимнего дворца» есть дело 218 «Бумаги,
относящиеся к первому браку Павла Петровича с великой княгиней Натальей
Алексеевной», а в них — сшитые в тетрадку копии писем великой княгини к ее матери
ланд-графине Каролине за 1773—1774 годы.
Заглянем в них.
Вот письмо от 8 ноября 1773 года: «Le Grand-Duc ira aussi toutes les semaines deux
fois chez elle, le matin pour ^etre un peu instruit des affaires, enfin»75.
Самое выразительное в этом отрывке — словечко enfin — наконец. За ним многое
— и сдерживаемая гордыня, и игра честолюбия, уязвленного ложным положением мужа,
и недоумение вызванное порядками, сложившимися в России.
Невольно вспоминается письмо барона Ассебурга, знавшего Гессен-
Дармштадтскую принцессу с детства, Н.И. Панину от 23 апреля 1773 года, приведенное
лучшим биографом Павла Д. Кобеко «Принцесса Вильгельмина, — предупреждал он, — до
сих пор еще затрудняет каждого, кто бы захотел разобрать истинные изгибы ее души…
Удовольствия, танцы, наряды, общество подруг, игры, наконец, все, что обыкновенно
пробуждает живость страстей, не достигает ее. Среди всех этих удовольствий
принцесса остается сосредоточенной в себе самой и когда принимает в них участие, то
дает понять, что делает это более из угождения другим… Не знаю, что сказать и
простодушно сознаюсь, что основные черты этого характера для меня еще закрыты
завесою».
Однако, продолжим. В письмах к матери Natalie (так, с довольно грубой
75 Великий князь будет также ходить к ней (Екатерине – П.П.) дважды в неделю, по утрам, чтобы, наконец,
получить некоторое представление о (государственных – П.П.) делах (фр.).
орфографической ошибкой — Nathalie — подписывалась великая княгиня) она предстает
женщиной порывистой, своевольной, безумно скучавшей по семье, сестрам Амалии и
Луизе: «Господи, как я хотела бы увидеть королеву au lit76 и, особенно, физиономию Луизы
при этом. Эта сумасшедшая написала мне, что была d'egout'ee77 коричневыми
перчатками, которые были на королеве», — так откликается великая княгиня на
впечатления сестер от остановки в Берлине на обратном пути в Дармштадт.
Дни Натальи Алексеевны, судя по ее письмам, проходили в послесвадебной суете:
балы, маскарады, катание на санях, манеж, охота на куропаток, в часы послеобеденные
— с 3 до 6 — читали вслух. Великого князя очень развлекала «История Англии» Хьюма.
«Чем больше я его (Павла Петровича — П.С.) узнаю, тем больше уважаю», —
письмо от 29 января 1774 года78. Т ут же благодарный отзыв о bont'es79 Ее величества. К
великокняжеской чете в прислуги определены два «petit turc»80, а к с упруге сына — еще и
