Он выбрался из кокона. Из соседнего, точно такого же, поднимался Хомский, под глазами сержанта залегли глубокие тени, черты лица заострились. Они почти не спали с момента побега с линкора, а последние часы проводили, подключившись к системам фрегата, и это вытягивало остатки сил. Чертов корабль отказывался работать с ним и его людьми, раз за разом требуя капитана Басова. Землянин успел завязать все управление на себя, и отдать его мог только добровольно. Будь у него в отряде толковый системщик… Но и тогда вряд ли что-то получилось.
Потом сержант долго сидел в кают-компании, вяло ковыряя ложкой в тарелке с давно остывшим рационом. Нужно было определяться с тем, как поступить дальше. как бы то ни было, но придется сотрудничать с Басовым. В каюте старика работала прослушка, так что Хомский был в курсе настроений землянина, но выбора у него не оставалось. Главное, чтобы чугунный старикан не решился уничтожить остатки аретейского десанта вместе с выжившим экипажем самого Басова.
Оттолкнув от себя тарелку, Хомский поднялся и пошел к себе. Нужно немного поспать, а потом… Все потом.
***
Хомский пришел к Басову сам. Он занял почти всю каюту, нависая над капитаном, но оглядевшись, откинул скрытый в стене стул, который выгнулся и затрещал, но вес десантника удержал.
– Капитан… кхм. Вы уже в курсе, что у нас не получается управлять кораблем?
Он смотрел Басову прямо в лицо и увидел, как тот усмехнулся одними глазами. Старый дурак злорадствовал! Остро захотелось подняться и ударить коленом, но он сдержался. Если верить человеку на видео, сейчас они не враги. Так что он просто доставит союзника к остальному флоту. Хомский скрипнул зубами.
– Корабль требовал старшего офицера, он его получил, – ответил Басов с расстановкой. – Корабль теперь подчиняется мне.
– Я с этим не спорю, – Хомский подавил поднимающуюся в груди ярость. – Доставьте нас к аретейскому флоту, и можете улетать.
– Так просто? – Басов удивленно хмыкнул.
– Так точно, – кивнул Хомский.
– Тогда вторым номером подключится один из моих навигаторов, – Басов подался вперед, не отводя взгляда от лица сержанта.
– Это не обсуждается. С вами подключусь я, – сержант медленно повел головой из стороны в сторону. На щеках его заиграли желваки.
Они с капитаном ломали один другого взглядами, старый землянин не собирался сдаваться, но и аретей не мог позволить взять над собой верх. Спор продолжался, они заходили с разных сторон, сержант пробовал капитана на прочность, но у того был козырь, который нечем было перебить. И Хомский согласился.
Они направились в рубку. Там их уже ждали аретейские десантники, доктор и один из навигаторов, Полунин, его перевели на «Селенгу» год назад, и ничего особенного он из себя не представлял. Доктор проверил состояние навигатора, долго и придирчиво изучал Басова, громко вздыхая и цыкая языком. Наконец, он нехотя дал добро, и капитан полез в кокон. Там он сел, наблюдая, как занимает свое место Полунин. И только когда тот улегся, опустился сам. Когда кокон Басова уже закрывался, Хомский вдруг кулаком впечатал клавишу отмены на ложементе навигатора, руками развел двигающийся слишком медленно вспененный пластик. Содрав провода с головы землянина, он рывком вытащил непонимающего, что происходит, человека и опустил не пол, а сам занял его место. Иглы скользнули под кожу, запуская каскад голубого свечения…
***
Управление здесь непривычное, совершенно не приспособленное для человека. В первые секунды Басов дезориентирован, он ожидал снова оказаться в виртуальной рубке, бесполезной надстройке над обычным нормальным – человеческим! – управлением. Но вместо этого капитана затапливает потоком новых непривычных ощущений. Он висит в пространстве, заполненном миллионами сияющих звезд, тьму расцвечивают яркие пятна туманностей и блеклые мазки далеких галактик. Не сразу приходит понимание: то, что открывается ему, расположено в диапазоне, уходящем далеко за пределы человеческого.
Капитан вслушивается в свое тело, пытаясь ощутить его габариты, расположение, запросы прокатываются по всем узлам и, возвращаясь, приносят ранее неощутимое. Глубоко внутри пульсируют сразу три сердца, одно из которых питает само тело, а еще два… Разобраться капитан не успевает, он чувствует, как в сознание внедряется кто-то еще. Грубый, сильный, он тянется к оружейным системам, в отличие от капитана, он знает, чего хочет. Сектор сознания, еще не исследованный, пропадает, скрытый чужой волей. Потом наступает очередь двигателей, – Басов уже знает, что это такое – темное присутствие тянется к ним, обволакивает, оттесняя сознание капитана.